Но я не могу порадоваться тому, что произошел пожар, а ни я, ни Машка не пострадали. Ведь все пропало! Вообще все!

Загорается зеленый, и Иван выпускает меня из рук. Без его теплых объятий по телу пробегает озноб. Я падаю на спинку сиденья, обхватываю себя за плечи. Делаю глубокий вдох и только сейчас в полной мере чувствую запах Ивана — мужской, сильный, чуть терпкий. Салон автомобиля пропитан им, и, кажется, я тоже напитываюсь. Его аромат немного успокаивает меня. По крайней мере я перестаю трястись, хотя слезы все еще бегут дорожками по щекам.

Через десять минут Иван доезжает до моего дома.

Я выскакиваю из машины быстрее, чем он успевает затормозить. Двор усыпан людьми, пожарными машинами и спасателями. Поднимаю голову вверх: из окон моей съемной квартиры валит черный дым.

Мартовский ветер пронизывает насквозь, но я игнорирую холод. В толпе зевак ищу глазами Машку. Заметив рыдающую под деревом подругу, несусь к ней.

— Маша! Маша!

Она поворачивается ко мне. Через несколько секунд я тону в ее объятиях.

— Господи, Маша! — реву белугой и наконец-то испытываю толику радости от того, что ни меня, ни подруги не было дома, когда произошел пожар.

— Ой, девочки, что же делать, как же теперь быть, — звучит сбоку голос хозяйки. Отрываюсь от подруги, смотрю на Надежду Викторовну. Она тоже в слезах. — Алкаш этот проклятый! — ругается на соседа.

— Он, кстати, погиб, сказали, — замечает Машка.

— Туда ему и дорога! Прости Господи…

Надежда Викторовна вытирает глаза салфеткой и отходит к мужу.

— Я не знаю, что делать, Инга, — всхлипывает Маша. — У меня теперь даже паспорта нет. Ну почему я не носила его с собой⁉

Я обнимаю подругу за плечи. Иван стоит чуть поодаль, смотрит на нас.

Наши взгляды пересекаются, я чувствую неловкость. Я не люблю погружать посторонних людей в свои проблемы, а начальника так тем более.

Я оставляю Машу и подхожу к Ивану.

— Спасибо вам большое, что оперативно привезли меня домой. Если честно, я не знаю, смогу ли прийти завтра на работу…

— Инга, все в порядке. Возьми столько отгулов, сколько тебе нужно.

— Я напишу заявление на отпуск за свой счет.

— Не надо писать никаких заявлений.

— Ну что вы, так не положено.

— Инга, не спорь. Бери столько отгулов, сколько требуется.

— Спасибо, — тихо говорю и опускаю голову.

Я жду, что Иван попрощается и уйдет, но он остается стоять. Макушкой чувствую его взор на себе.

— Это была съемная квартира? — спрашивает после паузы. — Ты не из Москвы? Не помню, какой город стоял в твоем резюме.

— В моем резюме не было места рождения. Да, это съемная квартира. Вон хозяйка, — указываю рукой на плачущую Надежду Викторовну.

— Тебе есть, где теперь жить?

— Нет. Буду искать новую квартиру. Пока, наверное, остановлюсь в гостинице.