Наверное, Фоме хочется поболтать. И девушка понадеялась, что ей удастся заговорить зубы безумцу. В конце концов, стоит узнать по какой причине он заявился со взрывчаткой в дом, где полно охраны, да и как он вообще сюда заявился.

– Да, ты всегда выполняешь свою работу на совесть. Охраняешь моего брата. Только не пойму, зачем же теперь связался со взрывчаткой, – спокойно уточнила Ники.

– Я имею ввиду совсем другую работу, – отмахнулся Фома, – А из охраны Адамиди меня поперли. Вот, дорабатываю последние деньки и все, я безработный. Спасибо твоему дружку.

Ники слушала внимательно, не сводила взгляда с ночного гостя, а в душе вместе со страхом за семью шевелилась и тревога за любимого.

– Ох, о чем это я? Да, точно. Твоему бывшему дружку, – насмешливо скривился Фома, – Очень сильно бывшему, потому что мертвому.

Ники замерла, слушая ехидные, колючие и болезненные слова мужчины. Мертвому? Да, так и было задумано Яном, правда ведь?

Фома подался вперед, взглянул на Николету, и даже в полумраке спальни девушка рассмотрела маниакальный, нездоровый блеск в его глазах."

"– Знаешь, в чем была проблема Самойлова, детка? – продолжал говорить Фома.

– Он ошибочно считал, что умнее других. А еще, он слишком рано списал меня со счетов. Думал, хватит с меня и сломанных ребер.

Фома откинулся на спинку кресла и негромко выругался. А Ники так и хотела съязвить на тему переломов. Ведь до сих пор последствия той драки с Яном приносят Фоме некоторые неудобства. А тот еще и жилет нацепил со взрывчаткой. Придурок, не иначе!

– Знаешь, раз уж нам с тобой все равно суждено умереть здесь, как чертовым Ромео и Джульетте, то я, так и быть, расскажу, как все было, – снисходительно произнес Фома.

– У меня есть кореш. Он на хорошем счету у мужичка, который ходит в старших у вот таких, как Самойлов. Пришлось, правда, немного попотеть, чтобы урвать свою выгоду. Но мне дали добро на так называемую ликвидацию Самойлова. А самое смешное, знаешь, что, детка?

Ники вскинула брови. Слушать нудные разговоры Фомы уже надоело. Но и прерывать парня не хотелось. Кто его разберет, возьмет, да и нажмет на пресловутую кнопку раньше, чем Ники успеет придумать выход из сложившейся ситуации.

А потому, конечно же, Ники, пряча страх, изображала искреннее любопытство.

А еще всеми силами старалась не верить словам Фомы. Уговаривала себя, что все сказанное им – бред сумасшедшего.

– Я знал, что твой ненаглядный Ян готовит «липовый» взрыв. И я слегка подсуетился, – довольный собой, хвастался Фома, – и взрыв был самым настоящим. Видела бы ты, малышка Ники, как красиво разлетались кишки твоего бывшего!

– Какой же ты урод! – прошипела Ники, с трудом сдерживая слезы, а потом вдруг едва слышно хохотнула.