Там слишком приятно.

– Нет… Не больно… Но это… Это… Так… Это…

Что она там хочешь дальше выдать, меня не волнует. Главное я услышал. Боли нет. Значит, можно смело, без зазрений совести приступать к делу. И я больше не торможу.

Выбираюсь из тесного рая почти полностью и вбиваюсь обратно. По самые яйца. Туда-сюда. Снова и снова. С каждым разом ускоряя темп и интенсивность. Блять. Офигенно. Глубокие, жёсткие толчки наполняют тело эйфорией. Женские стоны и охи звенят в воздухе, сталкиваясь с моими выдохами.

Накрываю соблазнительные губы Дианы ртом, упиваюсь её вкусом и сжираю все громкие звуки, вылетающие из её горла.

Долблюсь глубоко и нещадно, срываясь в девчонку как в пропасть. Куколку трясёт подо мной, тонкие пальцы впиваются в мои плечи. Но не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы удержаться на месте. Я так сильно в неё вбиваюсь, что с каждым толчком Диана скользит вверх по покрывалу. Но я не останавливаюсь. Раскачиваюсь и резкими движениями пронзаю её на всю глубину. Двигаюсь в желанном темпе и накрываю ладонью женское горло, не встречая во взгляде сопротивления или страха. Не-е-ет. Там только жажда, похоть, всё тот же непонятный шок и кайф… Эта лютая смесь с каждой секундой становится всё сильнее, объёмней, запредельней. Да, детка… Кончай… Я чувствую, что ты сейчас сорвёшься.

– Боже мой… Боже… Что это? – скулит она, ещё больше округляя свои голубые глаза. А я опять не понимаю, о чём она спрашивает? И чему опять столь несказанно удивляется? И подумать над этими странными фактами не получается. В следующий миг я напрочь лишаюсь возможности мыслить и анализировать.

Куколка прикрывает глаза, усиливает хватку своих пальцев на моих плечах до глубоких борозд и начинает сокращаться вокруг моего члена, долго и бурно сотрясаясь от оргазма.

Я залипаю на эту картину, продолжая толкаться до упора. Ударяюсь яйцами о мокрую плоть и охреневаю от того, как сильно Барби сжимает меня своей горячностью, словно пытается к чертям сжечь и сдавить мой член.

Воздуха не хватает, чтобы нормально дышать. Капли пота стекают по лбу и падают на не менее влажное лицо Дианы. Сначала мне кажется, что это только испарина, но затем понимаю, что ни фига… по её вискам скатываются слёзы.

Приехали, блять! Что за чёрт?

– Ты чего плачешь? – резко остановившись, спрашиваю я. Голос звучит грубо и сердито, но куколку он не пугает. Она открывает свои влажные глаза и смотрит на меня с непониманием.

– Что?"

"– Плачешь, спрашиваю, почему?

Девчонка хмурится на миг, а затем касается пальцами своих глаз и удивляется, наверное, ещё больше, чем я.

– Ой…

– Это не ответ.

– Простите.

– За что ты извиняешься?

– За то, что плачу.