Потому что ни за что не признаюсь, чего на самом деле хочу.

— Вон его дом, можешь тормозить, — тычу пальцем в первый попавшейся особняк.

На самом деле это не так. До дома Назара ехать и ехать, но я не могу так больше. Хочу выйти, освежиться и ещё раз подумать. Рядом с Кириллом совсем не те мысли в голову лезут.

— Эй, я сказала: останови… — прошу Самсонова.

Он блокирует двери, проезжает мимо. Я недоуменно смотрю на него и начинаю злиться. Что это значит? Что он себе позволяет?

— Я хочу выйти, услышь меня! Кирилл, я не маленькая девочка, хватит!

Самсонов продолжает давить на газ, лениво откинувшись на спинку сиденья.

— Я к тебе обращаюсь!

Вцепившись в руку Кирилла, заставляю его посмотреть на меня. Карие глаза лихорадочно блестят, ноздри широко раздуваются, а челюсти крепко сжаты.

— Почему ты не отпускаешь? Почему? Я же тебе не нужна, а ему — очень, — перехожу на крик, впиваясь ногтями в тёплую кожу Кирилла. — Останови машину и выпусти меня отсюда! Немедленно!

Слышится визг шин, Самсонов резко тормозит и снимает блокировку. Я свободна. Могу выйти, выполнить задуманное и перебить воспоминания о нём другим человеком.

Открыв дверь, спрыгиваю на асфальт. На улице дует сильный ветер. Волосы развеваются, я дрожу всем телом, кутаясь в куртку, и быстрым шагом иду в сторону нужного дома. За спиной при этом тишина. Кирилл остаётся стоять на месте, чёрт бы его побрал.

Глава 29

— Ты вся дрожишь, Ви, — произносит Назар, принимая мою куртку. — Замёрзла?

— Да, на улице очень ветрено и температура значительно снизилась.

— Сейчас я тебя согрею! Чай, кофе, вино?

— Чай, — натянуто улыбаюсь в ответ. — Просто чай.

Назар направляется на кухню, я иду следом за ним, рассматривая необъятных размеров особняк. Раньше казалось, что дом Владимира Степановича — это как минимум дворец, но в сравнении с поместьем Болотовых он выглядит куда меньше и скромнее. Признаться честно, понятия не имею, зачем столько комнат, если в доме живёт всего три человека. Но это не моё дело. Значит, людям так необходимо.

Интерьер выполнен в классическом стиле: светлая мягкая мебель, тёмно-коричневый паркет, пушистые ковры и пышные хрустальные люстры. Здесь всё продумано до мелочей — каждая картина или статуэтка.

— Тебе какой: чёрный или зелёный? — спрашивает Назар, минуя гостиную.

— Чёрный. Без сахара.

Он быстро управляется на кухне. Включает чайник, достаёт заварку и чашки. На сломанной ноге специальный фиксатор, но Назар без проблем ходит.

Я забираюсь на высокий стул, с благодарностью принимаю ароматно пахнущий чай и обхватываю кружку руками, чтобы согреться.

— У меня есть зефир и печенье. Будешь?

— Не откажусь.

— Не подумай, что мне жалко, — улыбается Назар. — Просто многих девушек это обижает.