Молодой, зелёный, не нагулялся ещё, жизни не попробовал. Мы сильно любили друг друга, а потом всё изменилось… Он открыл бизнес, дела пошли в гору. Тут же появились женщины, которым бедный он не нужен был!

Я слышал эту историю сотню раз, причём от обеих сторон. Мать винила отца, отец винил мать. Я никогда никого не защищал, одинаково любил и уважал родителей. С отцом хоть и не жил, но старался общаться достаточно часто.

— Так, шкаф готов, — сообщаю, переводя тему. — Показывай дальнейший фронт работы.

Мы перемещаемся на кухню, где красуется раскуроченная в хлам розетка.

Кажется, случайно дотронешься — убьёт нахрен."

"— Но всё равно долго не гуляй, сынок. Как-никак тридцать пять исполнилось! Сколько у тебя девушек было — я уже со счёта сбилась! Сейчас кто-то есть?

— Есть, — отмахиваюсь от неё.

— Ну слава Богу! Возможно, родит тебе ребёночка, а я на старости лет понянчу.

— О какой старости речь? — Я прищуриваюсь, глядя на молодое, почти без морщин лицо матери. — Тебе всего пятьдесят пять.

— Такими темпами, как ты планируешь создать семью, я превращусь в дряхлую старуху!

После того как выполняю всю необходимую работу, меня угощают наваристыми щами и пирогами с мясом.

Горячая сытная еда идёт на ура после суток голодовки.

— У меня новая соседка появилась, — сообщает мать заговорщическим голосом, пододвигая банку домашней сметаны. — Так вот, у неё дочь такая красавица-студентка. Умная, ладная, трудолюбивая!

— Сколько-сколько, ты говоришь, ей лет?

— Двадцать один! — торжественно заявляет мама.

Меня передёргивает.

— Я пас, — отвечаю резко и чуть тише добавляю: — Хватит с меня малолеток.

Попрощавшись с мамой, заезжаю в городскую квартиру, забираю осенние вещи и гружу их в багажник.

По мере приближения к дому ощущаю, как совесть скребёт изнутри острыми когтями. Казалось, что у такой эгоистичной скотины, как я, давно её нет, но, похоже, осталось немного.

И опять в голове Вита, Вита и ещё раз Вита. Чёрт бы её побрал. Пока еду по загородной трассе, разрабатываю дальнейшую тактику. Зря я по-доброму с ней пытался. С сегодняшнего дня включаем игнор и общаемся исключительно по делу. Если не поможет, будем что-то менять. Если и это не поможет — тогда кардинально. Мне стоит ослабить чересчур жёсткий контроль.

Хочет — пусть гуляет с друзьями, на свидания ходит, с мальчиками целуется. Желательно своего возраста. У неё рядом со мной крыша едет. Впрочем, как и у меня с ней.

У ворот особняка вижу знакомую красную ауди. Торможу, глушу двигатель. Из седана грациозно выходит Лена и, улыбаясь во весь рот, направляется ко мне. Яркий боевой раскрас, короткое платье, высоченные шпильки, распущенные волосы. Ясно, мириться приехала.

— Кир, я тебя два часа жду! Телефон разрядился, а зарядку с собой не взяла.