Все смешалось в кучу, и после нескольких неудачных попыток расслабиться в компании девушки я отправил ее домой. Выместил все свои эмоции на ни в чем не повинной мебели, завалился спать, а уже через несколько минут на экране телефона засветилось знакомое имя девушки. Вика.

Я был напуган и зол. Напуган — потому что понятия не имел, что случилось, потому что она черт-те где, на отшибе города, связи нет. Зол — потому что эта идиотка в который раз поступила абсолютно безответственно, в ее положении она должна сидеть дома и бояться даже неправильно вздохнуть, чихнуть и кашлянуть, потому что каждое ее движение, мысль, поступок — все влияет на здоровье ребенка.

Ребенка, которого я так сильно жажду и которого, возможно, никогда не получу.

Я с трудом сдержал себя, чтобы не наорать на Вику, понимал, что сделаю только хуже, поэтому старался лишний раз даже не заводить с ней разговор. Она и так на грани, нервная и дёрганая, с виноватым взглядом побитой собачки.

Отвез ее к себе, чтобы спать спокойно, решил, что ни в какие Штаты в ближайший месяц не перееду, по крайней мере, пока одна юная особа не возьмет себя в руки и не повзрослеет.

Хотя это все больше похоже на детскую отговорку с моей стороны. В конце концов, она совершенно не моя забота. Но мокрые от слез глаза, печальная улыбка, слова о том, что она и ее ребенок никому не нужны, чертовски давят на жалость, вызывая во мне внезапный порыв взять ее под свое крыло, обеспечить всем нужным, отгородить от лишнего стресса и нужды выходить на работу. Это как если бы я был бездетной старухой и начал подбирать во дворе бездомных кошек. Откармливать их, окружать заботой, потому что заняться больше нечем и не в кого направить свою энергию и любовь.

Заглушить чувство одиночества.

Я решаю не торопить события, обдумать хорошенько варианты, возможно, даже вписать в свидетельстве о рождении в графе ""Отец"" свое имя. Черт знает, зачем мне лишний головняк, но родители уже в курсе о Виктории, да и ребенок — их родной внук, а препятствовать их общению я не собираюсь, как и раскрывать отцовство Юры. Пусть сами разбираются.

Я просыпаюсь рано утром, поспал всего несколько часов, заглянул в спальню и на несколько минут завис перед кроватью, в которой сладко спала девушка.

Разглядывал ее умиротворенное лицо, разбросанные по подушке светлые локоны, изящные пальчики и полную грудь под тканью моей футболки. Это зрелище не на шутку взволновало меня — так сильно, что пришлось задержаться в душе, а потом, опаздывая на встречу, мчать сквозь плотный поток автомобилей в сторону бизнес-центра.

— Игорь, рад тебя видеть. — Женя — мой старый знакомый и хозяин двухэтажного здания в центре города, которое я собирался выкупить под новую студию до того, как решил перебраться в Штаты.