— Она просто обижена на меня за свою дочь, — я тяжело вздохнул и посмотрел в окно. — Но раньше мы находили с ней общий язык. Я даже был у нее любимым зятем, — воспоминание о Надежде Аркадьевне вызвали невольную улыбку. — Думаю, что это лишь дело времени наладить с ней снова доверительное общение.Марк снова посмотрел на меня странным взглядом, а потом вернул свое внимание на дорогу.— Почему-то мне кажется, что твоя версия разрыва отношений и последующее время сильно разнится с тем, что вчера поведала Надежда Аркадьевна. Признаться, я вообще не попадался бы ей на глаза.

— Марк, может быть, хватит говорить загадками? Что такого я мог сделать? Тем более, что даже той сцене, что застала Амалия у меня в кабинете, есть объяснения.— Так она застала тебя с кем-то?! — эмоционально вскрикнул Марк.— И да, и нет, — скривился я.— И это я еще говорю загадками?! — воскликнул тот.Но не успели мы договорить, как подъехали к особняку, где проживала моя Амалия.— Потом договорим, Марк. И ты объяснишь мне, что же тебе поведала моя теща.— Бывшая, — напомнил он.— Тещи бывшими не бывают. Вот увидишь.— Ты слишком самоуверен, — друг покачал головой.— Имею на это право, — я прошел к багажнику и взял довольно увесистый букет в руки.— И все же я советовал бы тебе держаться подальше от этих цветов, когда букет окажется у Амалии в руках.Я тихо рассмеялся, а потом услышал, как кованные ворота начали распахиваться. Когда мы подошли к ним, то охранник преградил нам дорогу. Но на него я даже не посмотрел, все мое внимание было приковано к супруге, спускающейся с крыльца. Она тоже замерла, когда заметила меня. А я не спускал с нее пристального взгляда. Высокие сапоги, заканчивающиеся выше колена, расклешенная мини-юбка и короткая куртка-«авиатор» добавляла ей дерзости. Распущенные рыжие волосы, словно огненный водопад, спускались по ее плечам. Я стиснул букет, пытаясь унять бешеный стук сердца и дискомфорт в штанах, который сразу возник, стоило только посмотреть на свою жену. Только толчок в плечо заставил меня моргнуть и избавиться от наваждения.— Друг, я все уладил. Пошли. Да не прожигай взглядом Амалию так сильно, а то оставишь одни угли. Не забудь, что она твоя бывшая жена.— Это мы еще посмотрим, — недовольно ответил я.— Рик, не дави на нее.— И не собирался, — больше не желая слушать Марка, я пошел навстречу к женщине, которая когда-то уже заставила меня полюбить себя, с которой мы прожили пять счастливых лет и жили бы дальше, если бы не роковой случай, произошедший в моей последней командировке.Амалия стояла, даже не изменившись в лице, когда я подошел к ней. Ее холодное безразличие цепляло меня.