Ощущения, будто я в ней, настолько реальны, что мне приходится приложить усилия, чтобы не упустить последние нити контроля.

Прижимаюсь губами к её виску и терпеливо жду, когда она придет в себя. Жду и предвкушаю.

Постепенно её дыхание выравнивается, ресницы трепещут, и глаза открываются.

- Спасибо, ты можешь идти, - вдруг шепчет на одной ноте.

- Не за что, дорогая. Мы же семья. Ты всегда можешь рассчитывать на мой... палец.

Яра начинает подо мной возиться. Опускает руку вниз и, обхватив мое запястье, пытается вытащить ладонь из своих трусов.

- Это вышло случайно, ясно?! Я не успела сориентироваться.

А ты воспользовался ситуацией!

- Ты текла, как сучка...

- Да, на Джимми. Я на него с семнадцати лет теку. Ты просто под рукой оказался, - пихает локтем в живот, и я с неё скатываюсь, - Если мне приспичит, в следующий раз я воспользуюсь своим пальцем.

Смотрю на раскрасневшееся лицо Турчанки, яркие губы и блестящие глаза и чувствую, как бурлящий в крови адреналин разбавляется убойным ядом. К ненависти и брезгливости примешивается похоть.

Боюсь, процесс необратимый. Зацепила чернявка.

- Мне похуй, на кого ты течешь, но.... - беру её руку и кладу на зажатый брюками и бельем стояк, - ты мне должна.

Вздрогнув, она ее выдергивает и спрыгивает с кровати. Я тоже поднимаюсь.

- Для этих целей у тебя есть твоя... горничная.

- Точно.

Развернувшись, направляюсь к выходу, на ходу расстегивая ремень и ширинку. Сунув ладонь в трусы, обмазываю член успевшими подсохнуть ее выделениями и толкаю дверь в комнату Карины.

- Адам?...

Увидев меня, откладывает телефон и поднимается на локте. На лице воодушевленная улыбка.

- Иди сюда. Быстро.

Она переворачивается на четвереньки, быстро ползет по кровати и, соскользнув вниз, встает на колени.

Я наматываю ее волосы на кулак и загоняю в глотку по самые яйца.

Захрипев, она начинает кашлять и колотить меня по бёдрам.

- Заткнись!... Дыши, блядь!...

Долблю до потекшей туши и бегущей густым ручьем слюны изо рта. Перед мысленным взором бесовские темные глазищи стоят. Её запах врубает все тумблеры.

С-сука!

Кончаю, заставляя захлебываться спермой и, обернувшись на посторонний звук, вижу Турчатову в двери.

- Пошла отсюда! - рявкаю глухо.

Полоснув полным ненависти взглядом по моему лицу, она срывается с места и исчезает уже в следующее мгновение.

Карина, упав на ягодицы, ошеломленно смотрит снизу вверх. По щекам бордовые пятна расползаются.

Догадалась, что ли?

- Ты после неё?... Это как так, Адам?...

Я укладываю член в трусы и застегиваю брюки. Мышцы живота и ног всё ещё мелко подрагивают. Колени как желе.

- Собирай монатки, завтра возвращаешься в клуб.

- Нет! - вскрикивает она, - Нет, Адам, я не хочу! Мне здесь нравится!...

- Я всё сказал.

Выхожу за порог, но слышу брошенное вдогонку:

- Я тогда совсем уволюсь!

Мать твою, напугала!...