Искренне верила, что сегодняшняя встреча сумеет хоть что-то прояснить, но пока не могла осознать в полной мере, как расценивать то, что увидела.

Это требовало долгого, детального обдумывания, а я ощущала, что мои силы на данный момент почти иссякли, выжатые досуха попытками улыбаться и делать вид, что у каждого слова, произнесенного сегодня за столом, не было двойного дна.

Валера стоял все там же, где я оставила его минуту назад. В той же позе, с прежним выражением лица… Решимость, застывшая в его карих, сейчас кажущихся почти черными, глазах, отчего-то пугала.

Я так долго пыталась понять, что происходит в нашей вдруг вставшей с ног на голову жизни… а теперь, когда, казалось, приблизилась к этому… Поняла, что боюсь этой правды.

Но вместе с тем знала: без откровенности мы просто обречены на крах. Крах нашего брака, семьи, и всего, во что верили. Или верила только я?..

Я носила под сердцем долгожданного малыша – самое дорогое, что у меня когда-либо было. И я не знала, как мне поступить с его отцом. Не знала даже, могу ли допустить его до тайны своей беременности?..

От правды, которую я искала, зависело будущее. Мое и моего ребенка.

– Ты, кажется, хотел помочь, – заметила я ровным тоном, когда наши взгляды встретились, сцепились в напряженной, молчаливой схватке, целью которой была не победа, а попытка понять, чего ждать от собеседника.

Муж согласно кивнул. Отмерев, мощным движением расправил плечи, как уставший стоять в одном положении Колосс, и принялся загружать грязные тарелки в посудомойку.

Я молча взяла тряпку, чтобы протереть стол и запачканную в процессе готовки столешницу. Мы прибирались в безмолвном согласии, и это рождало глупую иллюзию, словно все у нас было как прежде…"

"Но сердце болело. Сердце знало правду.

– Ты ведь не для этого остался, – наконец не выдержала я.

Отбросив тряпку, повернулась лицом к мужу. Он встретил мой усталый, разочарованный взгляд с застывшим в глазах напряжением. Но ни единый мускул на его лице не дрогнул.

– Да, ты права.

Он захлопнул дверцу посудомоечной машины, развернулся ко мне всем телом…

Мы были так близки – всего в нескольких метрах друг от друга. И при этом далеки как два берега, между которыми рухнул мост и теперь уже неизвестно, как найти новый путь к сближению.

– Ну и? Для чего тогда? – поинтересовалась, инстинктивно складывая на груди руки и ощущая, как его взгляд следует за моим защитным жестом.

– Мы не договорили, – произнес муж с твердостью, от которой по коже пронесся мороз.

Я издала смешок, снова схватилась за тряпку, как за спасение и принялась натирать и без того уже чистую и блестящую поверхность стола.

– А я вот, знаешь ли, уже сыта по горло твоими рассказами, – кинула раздраженно, чувствуя спиной прожигающий насквозь взгляд.