Его лицо по-прежнему оставалось серьезным, собственная нагота не смущала мужчину.

– Майя, ты девочка. И я хочу, чтобы ты стала моей девочкой. Не просто на бумаге. Хочу, чтобы мы нашли с тобой общий язык. Я старался не трогать тебя. Мне важно, чтобы ты сама захотела. И я точно не буду тебя принуждать, хотя, знаешь, думал, что смогу. Удивлена?

Его рука снова накрыла её ладонь и отвела от груди.

– Ты дерзила, выводила меня из себя. Мне хотелось наказать тебя. Даже грубо. Взять жестко, присвоить себе. Но ты… Ты же маленькая ранимая девочка, – он подался вперед, нагнулся и сомкнул губы на её соске.

Майя пискнула. Это было… остро. Его прикосновение, его ласка.

И его слова.

Все смешалось в дикий коктейль.

Девушка вцепилась пальцами в простыню, комкая её.

Вадим отпустил сосок и продолжил тихо говорить:

– Ответь мне, Майя.

Она облизнула губы. Её уносило всё дальше и дальше. Тело воспламенялось, отзываясь на одно присутствие Вадима рядом. Майя опасалась, что ничего не будет чувствовать.

Она ошиблась.

– У меня нет отвращения… Вернее, уверена, что нет, – она сбивчиво попыталась объясниться, краснея, – к тебе – точно.

Вадим задышал прерывистее, сжимая губы.

Майю пробрало. Неравнодушен он…

По крайней мере, к её телу точно.

Маленькой её называет. Она себя такой и чувствует рядом с ним.

И это… приятно. Будоражит.

Возбуждает.

Он – сильный. Очень.

Не только физически.

Хотя физическая сторона сейчас интересовала её больше.

Или нет?

Все смешалось, переплелось тонкой нитью.

Вадим навис над ней сбоку, опираясь на ладонь. Второй дотронулся до губ Майи, провел подушечками пальцев по ним. Майя задрожала.

– Я не обижу тебя, маленькая. Будет больно, неприятно, говори.

– Я ничего не помню, – её голос прозвучал жалко.

Ей хотелось довериться ему.

Очень.

– Я знаю.

Он поцеловал её. Сначала аккуратно. Едва прикасаясь губами. У Майи вырвался судорожный вздох, и она вцепилась в его плечи. Ей необходимо держаться. Ей нужна опора. И он давал ей эту поддержку.

Она ответила на его поцелуй, сама потянулась ближе. Кожа к коже. Чтобы чувствовать… Чтобы принимать… Его руки снова были на её груди. И ниже.

– Твой животик… Никогда не думал, что беременная женщина может быть настолько сексуальной.

Вадим каждое слово подкреплял действием.

Она не помнила, как осталась без трусиков."

"Она и сама хотела. И не только себе. Сначала стеснялась. Хотела, но не решалась. В какой-то момент мысленно отпустила себя, перестала думать. Прочь сомнения, тревоги. Она хотела Вадима. Ей нравилось его прокаченное тело, и она давно думала: каково это дотронуться до него? До этих, казалось, стальных мышц. Они такими и воспринимались. Только теплыми.

Дальше ещё смелее. Она коснулась его члена.