На этот раз я хорошо подготовился! Сначала сделал своей строптивой любви массаж, затем обильно задобрил сексом, так, чтобы ленивая и пресыщенная лежала на корме и загорала до шоколадного цвета.

– Открой и посмотри, – улыбнулся я.

Ведьмочка нерешительно взяла бархатную коробочку и открыла несмело. Платина и бриллианты – нестареющая классика.

– Очень красивое, – смущенно проговорила и… закрыла. Взяла крем для загара распылила мне на грудь и пальцем написала «нет». М-да. Я думал, что уже завоевал свою любовь, но эту высоту так просто не покорить.

Прошел один год и два месяца

Через месяц я подготовился еще более основательно: пригласил Ведьмочку на ужин, но не в ресторан, а на пристань – так вышло, что мы оба очень любили океан, звездное небо и запах соленого ветра. Марсия, правда, еще любила полную луну, волков и прочих представителей мистического сообщества, но это опустим – сегодня есть только мы. Аристократичного вида музыкант играл на скрипке, на столе мерцающие флоксы (любит моя девочка садовые цветы) и вкусная еда – лучшие мишленовские деликатесы! Марсия у меня достаточно приземленная – стопроцентная американка и с радостью могла слопать бургер с картошкой, но и от деликатесов начала получать кайф. С радостью знакомилась с изысками (иногда странными) и пробовала новые вкусы. Я даже подсадил ее на устриц и морского гребешка!

– Ты такая красивая, – произнес, любуясь ей. Серебристое платье шелковой волной обтекало фигуру, на ней стофунтово не было белья, а от прохладного ветерка соски торчали, а мои руки чесались покрутить их! Волосы красиво уложены: я терпеть не мог пучки, но небрежные, практически лежавшие на покатых плечах – прямо по моему либидо. Сколько мы уже вместе, а я хочу ее постоянно. И люблю безумно.

– Ты тоже очень, – кокетничала она. Да, я тоже приоделся, нужно же соответствовать.

– У меня опять кое-что есть для тебя, – и я достал три футляра: бирюзовый, красный и синий. «Тиффани», «Картье», «Гарри Винстон». Три абсолютно разных кольца: модное, сдержанное, кричащее. Ну хоть что-то ведьмочке должно понравится! – Они все твои, только скажи «да», – я даже глаза округлил мило-мило, чтобы без шансов.

– Картер, дело ведь не в кольцах… – и она закрыла поочередно каждое. – Нет.

Нет… Неприятненько однако.

Прошел год и шесть месяцев

– Ты что такой смурной? – нахмурился отец, закашлявшись. Он приболел, поэтому будущую сделку по слиянию обсуждали дома. После двух ковидных годов каждый чих воспринимался как потенциальная угроза, и папа показывал пример: кашляешь – лечись и не разноси заразу! А работать дома не так уж плохо: тут тебе и удобное кресло с возможностью ноги вытянуть, плед теплый (несмотря на середину августа), чай горячий, цветы в саду о скорой осени поют.