– Я тебе говорил, что ты очень красивая?

– Не переводи тему, – бросила раздраженно, но немного осадила коней.

– Я ни с кем тебя никогда не буду делить, – и к ней, вжавшейся в дверь, повернулся, колени развел, устраиваясь между ног. – Ни с кем! – дернул платье так, чтобы груди точно в кожаном плену оказались. Черное на белом. Сексуально. Очень. Моя кувалда готова.

Я языком собирал ее запах, соски ласкал, прикусывая с нежностью.

– Я не простила тебя еще, – шепнула Марсия, выгибаясь на встречу моим губам. Простила девочка моя, простила.

– А так? – платье задрал и стянул трусики, дернул на себя и языком раздвинул половые губы. Мне нравилось целовать ее там. Не думал как-то раньше, что куннилингус такая прикольная штука. Марсия кошкой страстной на меня ползла, молила не останавливаться, стонала порочно.

– Ну, простила? – спросил и клитор по кругу описывать начал.

– Ты не торт совсем, – вздохнула Марсия. – Но я все равно люблю тебя…

Признание удивило, не потому что сомневался (возраст у нее такой – влюбляться в тех, кому дает под юбку залезть), а потому что неожиданно. Не думал, что признается. Упрямая, строптивая, характерная.

Марсия в волосы мне вцепилась, активно бедрами работая, оседлала свое наслаждение и на волне в небо летит. Сладко выдохнула в моих руках и затихла. Это не конец, но отдышаться ей дал. Сам на сиденье прыгнул, ремень рванул и член достал: мне срочно нужно вставить его, иначе не жить.

Я ловко усадил ее, пронзил резко, что глаза с поволокой распахнула. Сжал бедра и ритм задал.

– Скачи, Ведьмочка моя, – и она дернулась, потом еще и еще. Я губы ее целовал, шею, соски. Голова кругом, дурман в сердце, душу ей отдал. Ведьме сероглазой.

И я блядь опять не надел защиту, а так кончить хочется, не прерываться. Бляяядь! Я резко снял Марсию с себя, с болью просто. Она глазами хлопнула и ладонью мою руку накрыла, на корне лежавшую, затем в рот взяла. Теплые мягкие губы, юркий язычок и я выстрелил. Все, нет меня…

Ведьмочка хаотично поправила платье, ко мне вплотную придвинулась и голову на плечо положила.

– Ну что, в отель или еще потусим? – поддразнивал я.

– Поехали спать, – она за шею меня обняла и зевнула котенком ласковым.

Желание дамы закон. Я, кстати, тоже зевал. Упахался, видать.

Следующий день был свободным от деловых встреч и переговоров, и я планировал со знакомыми и товарищами по Беркли пересечься. Но мы с Марсией так лениво валялись в постели до обеда, а когда поднялись сразу рванули в Лагуну Малибу. Вернулись солеными, чутка сгоревшими и сто процентов довольными. Было классно. Вообще нужно будет сгонять с Ведьмочкой недели на две куда-нибудь на острова: Бермуды или подальше, во Французскую Полинезию.

А пока мы сидели в гостиной нашего номера и ужинали.