Хотя, я не берусь утверждать, что она могла бы услышать хоть что-то из них и вообще слушать кого-то, кроме, быть может… Точно! Павел Иванович! Я однажды смогла до него докричаться, так почему бы не сделать этого сейчас? Я проскользну сквозь стену и побегу на его поиски, он должен, просто обязан прийти на помощь и устранить опасность в виде своей бывшей дамы сердца.

Во мне шевельнулось глухое раздражение к нашему врачу, который регулярно заводит необременительные отношения в коллективе, которые не раз приводили к конфликтам. Хотя, нет, оставлять эту сумасшедшую наедине с Сюзанной я бы не рискнула. Немного отойдя от первого приступа паники, я стала соображать быстрее — каким образом Леночка планирует вырубить электричество во всём здании? Сделать это не так просто, для этого, как минимум, нужно спуститься в подвал, а не стоять рядом со мной, радостно скаля зубы. И потом — в аппаратах мониторинга, которые отслеживают состояние Сюзанны, имеются внутренние предохранители, я знала это совершенно точно. Как раз на подобные случаи, когда происходит экстренное отключение электричества, и пусть недолго, но они смогут поддержать работу лёгких, сердца и, главное, не дадут погибнуть клеткам мозга. Наверняка, медсестра ничего не знает об этом, и тогда у Сюзанны появляется шанс на то, чтобы выжить. Не станет же эта сумасшедшая больную подушкой душить только для того, чтобы показать мою несостоятельность, как медицинского работника? Из моей груди вырвался нервный смешок, а мысли лихорадочно метались и сталкивались в голове.

Свет в палате заморгал, вызвав у Леночки мягкий радостный смех, я бросилась к мониторам, которые тут же погасли, включив мерзкую аварийную сирену, и в ужасе воззрилась на них.

— На это был расчёт, Наденька? — удовлетворённо проворковала медсестра, вытаскивая из кармана форменной куртки два продолговатых металлических предмета. — Опустела без тебя земля, как мне несколько часов прожить… — глумливо пропела Леночка, пряча стабилизаторы обратно в карман куртки.

— Ах, ты ж… мерзавка! — выдохнула я в сердцах и бросилась на неё, сбивая с ног, роняя на пол. К сожалению, это был максимум воздействия, на которое я была способна…

— А ты ничего так, шустрая, — Леночка неловко поднималась, потирая ушибленный бок и спину. — Вон, как приложила меня! Не ожидала от такой святоши, как ты!

Чувствовалось, что она довольна моей вспышкой ярости, ведь всё идёт по плану. Да и чёрт бы с ней — я обернулась к Сюзанне и решилась на невозможное. Живой человек не может быть вместилищем души. Во всяком случае, я об этом ничего не слышала, но попробовать стоило, иначе Сюзанна действительно умрёт. И на этот раз безвозвратно. Хотя, она может и умереть от моего непосредственного вмешательства. Куда ни кинь, всюду клин.