— Ты плохо видишь?

— Да. Далеко всё расплывается.

— Ложись, посмотрю.

Открыл глаза. Капсула открыта, и Зар склонился надо мной.

— Здорово тебе досталось. Где это тебя так?

— На войне. Калаг лягнул.

— Калаг — это кто?

— Животное это такое.

— Как ты вообще жив остался после такого удара?

— Меня и приняли за погибшего. Тогда я почти ничего не видел, хорошо, приятель тоже жив остался, и мы смогли выбраться оттуда.

— Долго заживало?

— Долго.

— Ты вылечил меня?

— Нет, я ничего не трогал. Только посмотрел.

— Почему?

— Мне запрещено лечить мужчин. Это приказ нашей прекраснейшей хозяйки.

— Почему?

— Вопрос не ко мне.

— Меня можно вылечить?

— Можно.

— Что мне сказать управляющему?

— Это и скажи. Я тебя обрил, кстати.

— Обрил и обрил. Может, отстанут теперь.

— Ни одного шанса. Как тебе у нас?

— Сам не понял.

— Где работал?

— Мусор чистил.

— Понятно, почему он ко мне отправил. Скажи, а почему сюда охранник не пускал?

— Не положено сюда рабам заходить.

— Как же ты?

— Я здесь живу.

Возвращаясь, обнаружил на выходе двоих охранников. Увидев меня они, заулыбались.

— Хорошая причёска, — сказал один.

— Мне тоже нравиться, а то зарос сильно.

Вернувшись к себе, обнаружил, что Гинара нет на месте и отправился кушать. В пищеблоке очереди к пищевому синтезатору не оказалось, и я быстро поел. Вернувшись, обнаружил Гинара на койке, отстегивающего протез.

— Уже обрили? — спросил он, заметив меня.

— Что значит уже?

— Это тебе такая маленькая месть от женщин.

— Не знаю, я не против. Мне так привычно.

— Ты только никому больше не говори.

— Почему?

— Они так мстят друг другу.

— Ты не понял, это не их месть, это Зар меня обрил.

— Ты его просил об этом?

— Нет.

— Значит, они попросили.

— За какие такие заслуги?

— Интимные какие ещё.

— Не понимаю, ему мало женщин?

— Это здесь их много, а там их нет.

— Как у вас всё сложно. Что, и охранники сидят там на голодном пайке?

— Им вообще запрещено с ними. Это тебе было первое предупреждение от них.

— Какое первое? Мне старшая открытым текстом сказала, что я буду её.

— Вот и соглашайся пока она добрая.

— Не хочу. После бывших жён.

— Зря. Жёны-то здесь причём? Тебя ведь никто не заставляет на них жениться.

— Не могу, злой я на них. Представляешь, нас с приятелем решили убить наши жёны.

— Если ты и дальше будешь упрямиться, то они это же решат.

— Мне не привыкать. Я думал, что погибну на холме.

— Лучше бы ты там погиб.

— Почему?

— Для тебя было бы лучше. Сам жалею, что не погиб до того, как попал сюда.

— Это из-за ноги?

— Из-за неё тоже.

— Ничего не понимаю, что тогда не так?

— Здесь всё замечательно благодаря нашим прекрасным хозяйкам.

— Странный ты.

— Если проживёшь здесь долго, всё поймёшь. Тебя куда определили?

— Не знаю. Мусор целый день искал.