— Агапов? Андрей Иванович? Чэстное слово, другого такого начальника строительства не найти!

— Ну, а Байкалов? О нем вы какого мнения?

— Замэчательный коммунист, сильнейший организатор!

Штундель прошел еще несколько шагов молча и затем так же неторопливо сказал:

— Однако кто же все-таки сильней как работник? Агапов или Байкалов?

— Оба! — не задумываясь, воскликнул Агаян.

Когда они дошли до финотдела, Ипатьев-Штундель, взглянув на часы, предложил Агаяну еще немного пройтись. Он начал разговор издалека. Сообщил, что приехал делать ревизию, но вовсе не намерен кого-то подлавливать, искать недостачи, нет, он же человек, наконец!

— Так что, если вам, дорогой Манвел Вагранович, понадобится в чем-то моя помощь, мое содействие, — пожалуйста, можете на меня рассчитывать. Вы меня понимаете? Я во всем пойду вам навстречу.

Штундель выжидательно молчал. Как отнесется к его предложению этот финансист? Ухватится за такую помощь? Или откажется?

Дгаян не сразу понял, о чем толкует приезжий ревизор. Агаян молча слушал, даже остановился и вглядывался в улыбающуюся, масленую физиономию псевдоревизора. Наконец он снова обрел дар слова.

— Вы... — произнес он. — Я... То есть как содействие? В чем содействие? В чем навстречу?

Штундель понял, что Агаян может вспылить. Уж эти южане! Тогда он поспешно стал поправляться:

— Позвольте! Вы напрасно сердитесь, вы не так меня поняли.

— Именно? — спросил Агаян, наступая.

«Вот проклятый армяшка! Сразу в бутылку полез! — опешил Штундель. — А что я такое сказал? Буквально ничего!»."

"— Я хотел вам охарактеризовать мой метод, мой подход, — бормотал он, в то же время прикидывая, как в случае чего ему спасаться. — А вы как поняли? Ха-ха! Вот чудак! И какой вспыльчивый! Я только объяснял, что моя ревизия — предупредительная, так сказать, профилактическая. Вот и все.

— Это совсем другое дело, — остывая, вымолвил Агаян. — Мне бэспокоиться нечего. В финансовом отделе — полный порядок. Но вы уж выражайтесь точнее во избэжание недоразумения. А то у меня был случай: одна ничтожная личность предложила мне вроде как взятку.

— Вот как? — повеселел Штундель. — Ну и что же?

— Он бежал от меня, как заяц, четыре квартала и спрятался в киоске прохладительных напитков.

Штундель убедился, что лучше эту тему не затрагивать. Но у него была в запасе еще одна вещица, припасенная специально для Агаяна.

— Да, кстати, — с напускным равнодушием спросил Штундель, — вам знакома Мария Владимировна из Таганрога?

— Муся Кондратьева?! — вскричал Агаян, пока еще ничего не подозревая.

— Кланяется вам еще... Радам Ломидзе...

— Радам Ломидзе? Разве вы были в Рустави?

— Нет, дорогой, не был. Но в Москве о вас не очень-то хорошего мнения.