О Советском Союзе там, в Европе, говорили, что в России предпринят безумный эксперимент, который называют Октябрьской революцией и на котором они, русские, непременно сломают шею."

"Прошло пять лет. И все встало на свои места, исчезли миражи и иллюзии. Где гегемония Франции? Нет гегемонии Франции! И никто больше не говорит о «рискованном эксперименте». Можно ли в 1924 году не считаться с Советским Союзом — независимой державой! Соединенные Штаты предприняли экономическую интервенцию в Европе и лезут во все щели. Колосс — Великобритания — обнаруживает первые признаки дряхлости, а Германия, восстав из пепла, мечтает о реванше.

Неслыханные бедствия и разрушения принесла вторая мировая война. Но вот отгремели четырнадцать тысяч советских орудий под Берлином, и на Берлинском рейхстаге водружен победный советский стяг. Последний танк отпечатал свои вафельные лапы на полях сражений. И на послевоенном небе Европы замерцали новые миражи, встали новые мнимые видения.

Кажется, американский империализм достиг головокружительных вершин: таких сверхприбылей не помнит история! Кажется, стоит пожелать Америке, в чьих руках и золото, и вооружение, — и мировое господство будет ее достоянием: Всемирно-Американские Соединенные Штаты! То, о чем не смел и мечтать кровавый ефрейтор Гитлер, будет достигнуто Соединенными Штатами — и даже без единого выстрела, если можно так выразиться, — «мирным» путем: весь капиталистический мир будет собран, мобилизован и обрушится на коммунизм. Разумеется, руководить будет Америка, а каштаны из огня таскать для Дяди Сэма — Европа. Если принять во внимание создание Европейского содружества, плюс Европейскую армию, плюс вооруженную Германию (как всегда, мечтающею о реванше), если, кроме того, помнить, что Америкой куплено и украдено (вместе с самими изобретателями!) много военных секретов и рецептов разрушения и убийств и что атомные бомбы — вот они, лежат, готовенькие, бросай хоть сейчас, то можно, кажется, поверить, что на этот раз социализму и прогрессивным силам будет нанесен сокрушительный удар.

Так казалось некоторым в первый момент после капитуляции фашизма.

Но кто мог предугадать, что, размахивая атомной бомбой, рисуя мрачные картины разрушительной силы взрыва, Соединенные Штаты вызовут такое возмущение, что возникнет невиданное движение народных масс на земле — за мир, против войны и истребления?! «Не позволим!» — заявляли эти люди — американки и француженки, епископы и писатели, портовые грузчики и углекопы. И как же нужно было безобразничать, самоуправствовать, оскорблять национальное чувство и человеческое достоинство, до чего нужно было довести Европу, чтобы все стены домов в городах Европы покрылись надписями: «Американцы, вон!».