Зачем мне в новой жизни столько платьев, юбок и прочего? Как думаешь, может быть, это удастся сдать в секонд-хенд?

Саша оглядел разбросанные по дивану вещи.

— Ты че, Ань? С дуба рухнула? Какой, на хрен, секонд?

— Не возьмут, да? — Она тут же сникла.

— С руками оторвут, — хмыкнул друг. — Но я не об этом. Такие вещи можно продать через интернет гораздо дороже, все же, считай, новое. Давай я тебя завтра сфотографирую в них, выложим. На крайняк знакомым из салона покажу, они за эти брендовые шмотки передерутся, к чертям. Кстати, из детского, что не пригодится, тоже отбери.

Вот и будут у тебя деньги на первое время, а может и не только.

Аня радостно закивала и принялась с удвоенным энтузиазмом перебирать вещи.

— Саш, ты сходи поешь, там все на плите, — кивнула она в сторону кухни.

Друга как ветром сдуло, тут же побежал подкрепиться. Почти сразу из кухни раздался его удивленный возглас:

— Оу, вау, Анюта, твой минотавр чистый псих, что вообще выпустил тебя из дома. Ты же клад!

Глава 14. Л — логика

— Анюта, ты суперженщина! — цокал языком Саша, нажимая на кнопку фотоаппарата. — Ты как нимфа…

Они устроили двухчасовую фотосессию в фотостудии одного приятеля Саши.

Здесь оказалось на редкость просторно и уютно, студия порадовала отличным естественным освещением — окна были почти во всю стену, а также обилием фонов для съемки. Впрочем, много фонов Саше с Аней оказалось не нужно. Развернули белый лист и стали снимать.

— Прям уж нимфа, скажешь тоже… — невесело усмехнулась Аня и поправила немного съехавшую с плеча лямку зеленого шелкового наряда.

Когда-то она любила это облегающее платье модели «рыбка», фигура в нем смотрелась очень уж выгодно.

Но платье слишком сужалось к низу, поэтому носить его, мягко говоря, было неудобно. Надевала эту красоту всего лишь пару раз — на свадьбу и на день рождения, и то больше стояла в нем, ибо ни танцевать, ни даже сидеть в таком наряде некомфортно, не говоря уже о том, чтобы попробовать что-нибудь съесть. Зато Тигран сделал с десяток селфи с ней в зеленом, а потом с удовольствием снимал с нее эту шелковую роскошь.

— Нимфа и есть, — улыбнулся ей Саша. — Ты красавица, Анюта. А твой минотавр еще собственную шапку съест, что тебя упустил.

Ты супер!

Аня действительно сегодня как следует поработала над внешним видом, чтобы фото получились пригодными. Сделала прическу локон к локону, добавила легкий макияж. Однако чувствовала себя как угодно, только не супер.

Это больно — надевать наряды, зная, что скоро ты их продашь, и больше никогда никуда в них не выйдешь. Аня любила свой гардероб, гордилась им. Впрочем, жаль было больше не вещи, а ту жизнь, которой она еще недавно жила.

Больше не ее жизнь.

Хотя, если разобраться, она никогда не была ее.