– Не ломай мне дверь. Там система, – слышу хрипло и недовольно из гостиной. – Она стоит пару миллионов. Автоматическая. Приготовишь поесть – выпущу.

От его вопиющей наглости яростно залетаю в гостиную.

– Айдаров, ты не прихерел?! – вырывается само с громким криком.

Знаю, что ему сейчас жутко плохо и мои возмущения для него как ультразвук, но я – не слуга!

Назар кривится, откидывает голову на спинку дивана.

– А, мелкая, это ты…

Он что, ещё и людей не разбирает?

Шарится ладонью по дивану. Карточку находит. И тянет мне.

– На. Только не истери.

То есть, сначала он принуждает меня готовить ему. А как только узнает, что пришла я – сразу выгоняет?

Вырываю карту из его рук и киплю. Как перегретый чайник. Пар из ушей вот-вот долбанёт.

– Алкаш, – шиплю на него.

Раздражает!

Убираю карту от заумной двери в карман штанов и направляюсь в кухню. Мой синдром спасателя как всегда не вовремя просыпается.

Смотрю на Назара – и жалко.

У него голова болит, толком он идти не может. Ещё и есть хочет. Я покупала продукты для него по списку.

Придурок, блин.

Зачем так пить?

Ставлю чайник – и делаю этому идиоту бутерброды. Посматриваю в окно. Водитель ещё не уехал.

Не знаю, что хуже: Григорий-пикапер или алкаш Назар.

Почему-то выбираю второе.

Набираю стакан холодной воды, достаю аспирин и отношу своему боссу.

У входа в гостиной стопорюсь. Ну почему этот ублюдок такой, а? Симпатичный, жутко в моём вкусе. Он сейчас просто сидит на диване, а от него веет мужественностью…

Глаза рукой устало прикрывает.

Вздохнув, я подхожу ближе.

– На, – говорю в его манере, протягивая набор от похмелья. – Только не сдохни тут.

– А мне казалось, ты будешь только рада, – убирает руку и посматривает синими глазами из-под тёмных ресниц.

– Буду, – признаюсь. – Но только не тогда, когда мы вместе. А то ещё повесят на меня твою смерть. А у меня дочка.

Не уверена, что стоит напоминать о ней.

– Ах, да, – хватаясь за висок, морщится. – Дочка.

– Тебе совсем мозги отшибло? – легонько стучу по черепушке. – Ты чего вообще напился?

– Захотелось, – пожимает плечами и таблетку в рот закидывает. Запивает, отставляя стакан. – Волнуешься?

Усмехается так гаденько. Но обворожительно.

Нет, надо уносить отсюда ноги. А то я снова вижу этого подлеца красивым.

– Мне всё равно, – выпаливаю. Неважно мне. С Машей поругался, наверное. Или с другой своей бабой.

С женой! Мама хоть и сказала, что он не женат, но вдруг?

– Но почему-то вместо твоей пассии за тобой должны ухаживать подчинённые…

– Я тебе тоже не рад, мелкая, – вдруг произносит. Но я не обижаюсь, потому что он усмехается! Тянет ко мне ладонь. Но я одёргиваю запястье прежде, чем он его схватит. И пока пытаюсь удрать от одной руки – вторая хватает меня за талию.

– А ну, отпусти! – нервничать начинаю.