И нашего малыша.

Наклоняется ко мне, дотрагивается до моих губ, превращая одно касание в феерический оргазм.

Целует меня нежно, глубоко, и я ценю каждую секунду с ним, понимая, что ни капли не ошиблась, когда попросила именно лучшего друга отца одолжить своих сперматозоидов.

Сбоку что-то грохочет, и я испуганно прерываю поцелуй и отстраняюсь от Айдарова, смотрю в небо над городом. А там – палитра красок из разноцветных фейерверков, стреляющих один за другим.

– Ты как это провернул? – грохот такой сильный, что приходится повышать голос. Но картинка завораживает так, что не могу отвести взгляда. С трудом делаю это, поворачиваясь к любимому мужчине.

– Ну, мне помогли, – довольно улыбается, продолжая держать в своих крепких, полных любви объятиях.

Так вот он почему постоянно на часы смотрел… Момент подбирал, что ли?

– Понравилось? – устремляет на меня взгляд, гипнотизируя глубокой синевой. Боже мой, если у Ариши такие же глаза, она сведёт всех с ума. Маму – в том числе. – Жена?

– Ну, пока ещё не жена, – вредничаю.

Айдаров закатывает глаза и затыкает меня страстным поцелуем.

Поняла-поняла, надо меньше болтать…

Эпилог

Эпилог

– Я это не надену, – убираю от себя свадебное платье.

– Ты серьёзно, Дарин? – Мира, самый терпеливый человек, которого я знаю, закипает. Чувствую, как она хочет меня убить. Но не знаю, что со мной! Настроение отсутствует абсолютно! – Ты сама вцепилась в него, месяц хранила в шкафу, а теперь… не хочешь его надевать?

– Я в нём жирная, – недовольно скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь.

– Жирненькая ты будешь через полгода. Когда живот вырастет и объешься своих котлет по-киевски.

Котлетки…

– Я уже.

– Господь всемогущий, дай мне сил выдержать эту женщину!

Две беременные девушки в одной комнате – быть беде. Особенно когда у невесты отвратительное настроение.

– А я что? – хнычу, как маленькая девчонка. День не задался с самого начала! Такой важный момент в жизни каждой девушки, а у нас всё насмарку! – Это не я, это жизнь такая. Вот почему, скажи, у меня волосы такие, а?

Трогаю рыжие пакли.

Ужасно!

– Ты сама решила кудряшки перед свадьбой сделать… – вздыхает рядом Снежана.

Вот зачем она напоминает мне, а?

– Ещё и подруги против меня! – всплескиваю руками, сидя на стуле в одном белом праздничном белье. Всё для жениха сделала. И бельё, и чулочки, и поясок, и кудряшки, которые он любит.

– Да никто не против тебя…

– Нет, – чуть не плачу. Но закатываю глаза, сдерживая слёзы, лишь бы макияж не испортился. Визажист и парикмахер недавно ушли. И никто мне потом всё это не исправит. – Всё идёт не так!

– Ну что у тебя случилось, а?

– Сестра на свадьбу не приехала.

Нет, я не особо её ждала. Наши отношения не стали лучше, но хотя бы недомолвок не осталось.