Взгляд врезается в темноволосую девушку. Я вчера видела её уже – она протирала полы на кухне.

Протягивает мне пакет.

– Доброе утро! Вам просили передать.

Брови сводятся в переносице.

– Кто?

– Назар Таирович.

Одно имя решает всё. Забираю пакет, благодарю девушку и вновь закрываюсь в комнате на замок. Заглядываю в фирменный пакет, обнаруживая в нём белое в чёрный цветочек платье и кружевные чёрные трусики. Достаю, примеряю. Это лучше, чем ходить без трусов и порванной одежде.

Бельё сидит хорошо, как и платье. Даже в груди. Видимо, успел вчера оценить новые размеры после беременности…

Приведя себя в порядок, выбегаю в коридор и первым делом бегу к нам с Женей в комнату.

Как я могла уснуть?! У меня ведь дочь одна! Ей надо завтрак сделать…

Забегаю в комнату и облегчённо выдыхаю. Женя сидит на диване, листает ленту в телефоне, а Ариша кушает с ложечки кашку. При виде меня всё бросает, летит ко мне навстречу, врезаясь в ноги. Обнимаю её, соскучившись.

– Ма! Ты плисла-а-а!

Муки совести теперь сжирают не только из-за того, что меня не было. Но из-за Жени. Он оборачивается, в хорошем настроение с улыбкой на губах.

А я даже не могу прикрыть засосы на шее. Он и так всё видит. Но с виду никак не меняется. Даже внимания не акцентирует.

– Помирились? – спрашивает как-то по-доброму.

Я невольно касаюсь ладонью шеи и прикрываю следы страсти Айдарова.

Блин. Блин. Блин.

Женя, не будь таким идеальным и хорошим.

Перестань.

Почему ты не кричишь, не смотришь с омерзением?

– Прости, – выпаливаю, понимая, что провинилась.

– За что ты извиняешься?

Громко вздыхаю, впервые чувствуя себя такой сволочью.

– Ариш, иди помой ручки, – прошу дочку. Этот разговор не для детских ушек.

Мой Лучик, поняв, что пахнет жареным, срывается с места, бежит в ванную комнату.

Запускаю со вздохом пятерню в волосы, которые вчера сжимал Назар.

– За то, что я такая непутёвая дура. Ты вернулся в Россию ради меня во время отпуска, хотя мог спокойно поехать куда-то ещё. Мы пытаемся сблизиться, построить наши отношения, а я по итогу…

Говорю быстро, впопыхах, волнуясь.

– Рина, – осекает меня, вставая с дивана.

Серьёзным становится.

Но лучше так, чем его доброта и скрытый укор.

Подходит ко мне, обнимая и заключая в тёплые объятия. Так по-братски.

– Не загоняйся. Любые изменения – к лучшему. У нас давно не клеилось, и зачем мучиться? Если тебе нравится Айдаров, то может, стоит попробовать с ним? Я не против. Мы попытались, у нас ничего не вышло.

С каждым его словом груз падает с плеч.

Боялась, что он будет осуждать. Точнее, готовилась к этому.

Не думала, что Женя придёт к тому же выводу, что и я…

– Я не виню в этом тебя, – поглаживает ласково мою щёку. – Просто я сам… не могу серьёзно к тебе относится. Ты – дочь Саши. А он мне как отец.