Вчера я чувствовала, как он соскучился по мне, а сегодня как изголодался.

Разные грани, как белое и черное.

— Все хорошо? — Север опускается ко мне, прижимаясь грудью к моей спине. — Тебе хорошо?

Он отбрасывает подушку и собирает волосы с моего взмокшего лица. По коже проходит разряд покалывающего тока, когда Север зажимает мой подбородок и разворачивает к себе. Он смотрит в глаза, продолжая трахать, но теперь не размашисто и жестко, а глубокими толчками. Это уже кристальная пытка, он медленно растягивает меня на каждом выпаде и не дает сдвинуться с места.

— Да, да, — шепчу как в бреду.

А сама рвусь прочь из его стальных рук. Это сильнее меня, мое тело слишком слабое и хрупкое, я не могу, нет... Я кусаю его длинные пальцы и кривлюсь, вздрагиваю, загнанно дыша, и чувствую как на языке появляется солоноватый вкус пота.

Наши тела раскалены и обжигают друг друга. Еще чуть и я начну умолять дать мне передышку, но другое желание все же сильнее. Я хочу кончить вместе с ним. Я завожу дрожащую руку за голову и цепляюсь за Севера. Зарываюсь пальцами в его жестких волосах и чуть приподнимаюсь, ловя общий ритм. Двигаюсь вместе с ним и проскальзываю по влажным простыням.

Север шипит и не дает мне ускориться, сорваться в пропасть раньше времени. Он хочет выжать из моего тела каждую крупицу удовольствия, откатывает назад и бросает в огонь щепотку песка, понижая его градус. Он целует меня, вбиваясь в рот умелым языком, и словно забирает все проклятия в свой адрес.

— Пожалуйста, — произношу вместо них.

Он прикусывает мою скулу и выводит языком грязную восьмерку на коже. А потом переносит ладони на ягодицы. Стискивает с силой и жесткими ударами доводит мое тело до безумия. Вспыхивают искры, а разум сносит в липкую пропасть, которая иногда кажется невесомостью. Безбрежной и бесконечной, тягуче сладкой…

Север кончает с коротким рыком и отбрасывается на подушку рядом. Его дыхание напоминает толчки и мое тело реагирует на них также, как на толчки в мое лоно. Я тянусь к нему сквозь импульсы удовольствия и утыкаюсь лицом в грудь.

Мы молчим. Просто лежим рядом и приводим в порядок дыхание.

Я не знаю, сколько времени проходит, но знаю, что оно стремительно бежит, когда все кусочки пазла становятся в идеальном порядке. А в руках Севера я чувствую себя так, словно это самое естественное положение моего тела. Сплетаться с ним и подгибаться под упругие изгибы мускулов.

— Ты можешь забеременеть?

Я запрокидываю голову. Я не ожидала, что мы вдруг заговорим об этом, и смотрю на Севера с иронией. Он, конечно, “вовремя” озаботился этим вопросом.

— Ты вспомнил, что есть такая вещь, как презервативы?

— Ты отвечаешь вопросом на вопрос, — он усмехается и опускает лицо, так что я теперь чувствую, как его настырный взгляд исследует меня.