- Кстати, если ты не пускала в свою квартиру Антона, а как я понимаю, это так, каким образом он тут очутился? Случайно не в курсе?

- Неа, - развожу руками. – Я обалдела, когда вас увидела. Антону ключей не давала, только если сам спер… Надо бы сменить замки.

- Ну уж нет, - качает головой Слава. – Замки мы, конечно, сменим, но этого недостаточно. Кать, надежней будет, если ты сегодня же переберешься ко мне. Я хочу точно знать, что с тобой все в порядке. Тем более теперь, когда я в ответе не только за тебя, но и за нашего ребенка. Ты должна быть под моей надежной защитой, мало ли что этот чудик еще выкинет?

В этот момент во мне просыпается кокетливая девочка.

Скромно интересуюсь:

- Приглашаешь только из соображений безопасности? И вообще, кто-то мне совсем недавно замуж предлагал…

Слава расплывается в улыбке, по-мальчишески искренней, теплой как солнышко.

- А ты согласна? – спрашивает он.

- А я подумаю, - снова кокетничаю.

- Кать, ты долго не думай, пожалуйста, а то, знаешь ли, нервы не железные, - посмеивается он.

Потом Слава снова обнимает меня, прижимается ко мне губами.

- Как же я по тебе скучал, ты не представляешь!

- И я, - тихо шепчу."

"Мы целуемся, как сумасшедшие. Через минуту мне уже очень хочется всего того, на что явно намекает его увеличивающееся мужское достоинство, что упирается мне в живот.

Но нас нагло прерывает неожиданный стук в дверь.

Замираю у Славы в руках.

- Антон? – спрашиваю у него одними губами.

- Надо же, какой непонятливый, мало ему, надо бы добавить, - бурчит Слава, мгновенно превращаясь из милого парня в здоровенного злого тролля. - Кать, ты подожди в комнате. Я сейчас по-быстрому откручу ему голову, и пойдем собирать вещи.

Я делаю вид, что ухожу, но на самом деле выглядываю в коридор из-за угла, хочу увидеть, кто пришел.

Слава распахивает дверь.

А там совсем даже не Антон…

Катерина

Я пялюсь на бывшую подругу, а она на меня.

Слава с недоумением спрашивает у незваной гостьи:

- Вам кого, девушка?

- Мне бы Катю на пару слов… - лепечет она и вопросительно на меня смотрит.

Наконец, оживаю.

- Это ко мне, - говорю Славе.

Прошу его зайти в квартиру, сама же выхожу на лестничную клетку.

- Чего хотела? – спрашиваю у Стаси.

- Я хотела сказать, что… - она мнется, будто подбирает слова. – Мы с Антоном расстались. Все, кранты, это окончательно. Слушай, он такой козел! Ну вообще… Он так некрасиво меня бросил, что до сих пор трясет. Настоящий придурок, к тому же жадный.

Я вскидываю бровь.

Чего-чего, а жадности я в нем не замечала. Глуповатый – это да, местами безответственный, и как оказалось бабник. Но он мне весьма охотно выдавал деньги на продукты. Особо не баловал, конечно, а я не наглела. Но подкидывал купюры в кошелек, причем каждую неделю. Видно, со мной он обращался лучше, чем с ней.