Мне на работу надо, я и так вчера подменилась, сегодня пропускать никак нельзя. Мне, вообще-то, деньги нужны, я сейчас никак не могу позволить себе лишиться единственного заработка.

Вспоминаю баланс на карте и снова хочется рыдать.

Но все-таки удерживаю себя.

В конце концов, разве это такая большая проблема найти утюг?

Хватаю одну из белых блузок и бегу на второй этаж к хозяйке квартиры. Может, разрешит у нее погладить?

Звоню, звоню, драгоценные минуты убегают.

Гляжу на часы и ужасаюсь – мне надо быстро собираться и спешить на маршрутку, иначе опоздаю.

Возвращаюсь в квартиру, быстро переодеваюсь, крашу ресницы, губы и выбегаю навстречу рабочему дню.

Когда добираюсь до остановки, мысленно поздравляю себя – есть шанс успеть.

То есть он был бы, приди маршрутка вовремя… Но нет! Ее нет ни через пять минут, ни через десять.

В результате я все-таки опаздываю на работу. Изрядно запыхавшаяся, буквально влетаю в коридор фирмы ровно в девять пятнадцать. Пытаюсь себя успокоить тем, что пятнадцатиминутное опоздание – еще не криминал. Если повезет, успею проскочить на свое место никем не замеченной.

Однако, когда уже почти добираюсь до двери в кабинет из-за угла выруливает шеф. Как всегда шикарен в черном костюме-двойке. Широкоплеч, высок и… крайне вреден, к сожалению. Фамилия оправдывает характер полностью – Козлов, этим все сказано.

– Здравствуйте, Антон Валерьевич, – тихо блею я и очень-очень жалею, что у меня нет в сумочке шапки-невидимки.

Сейчас с превеликим удовольствием напялила бы ее на голову и пронесло бы меня.

– Здравствуйте, Екатерина, – тянет он, смерив меня недовольным взглядом.

Особенно задерживается на моей светло-зеленой блузке.

Ну да, ну да, за целых два года я один раз пришла не в белой, переживи уже это как-нибудь, товарищ начальник!

Киваю ему и иду в кабинет.

Жду, что в спину прилетит что-то из разряда: «Потрудитесь в следующий раз одеться подобающе». Но ему, слава богу, хватает такта промолчать. И правильно, что молчит, а то нервы у меня сегодня на пределе.

Здороваюсь с коллегами, прохожу к своему месту в самом углу кабинета и выдыхаю.

Однако, не успеваю просидеть спокойно и пятнадцати минут, как мне на почту приходит письмо от секретаря шефа: «Антон Валерьевич просит немедленно явиться к нему в кабинет».

Ну все, кажется, не вынесла душа поэта. Сейчас он мне все выскажет: и за внешний вид, и за опоздание, и… О, если шеф раздухарится, найдет еще тысячу и одну причину, чтобы меня отругать.

Когда я оказываюсь у кабинета шефа, меня начинает трусить. Я сегодня почти не спала, все утро пробегала, еще и поругалась с бывшим женихом, мне для полного счастья не хватает только получить нагоняй от шефа.

Но все же он неотвратим."

"Открываю дверь, вхожу в приемную.