— Не сложно, — покачала головой, позевывая. — Не опозоришься. Я давно обнаружила в себе дизайнерские способности. Гости писаться будут от счастья. Жди озеро под ногами.

— Угу. Способностей у тебя навалом. Да еще каких! Думаешь, не знаю, что опять дома не ночевала?

— Ой, мам, — отмахнулась я. — Ничего ты не понимаешь, у нас с Маркушей любовь, может.

— Любовь, — засмеялась мать, положив начинку в тесто. — Придумаешь, тоже. Где ж ты в наше время видела настоящую любовь. Любит он тебя до поры до времени, а потом сбежит, сверкая пятками. Мужчины все такие, Лизка.

Я вздохнула и потерла глаза, изобразив удивление.

После такого поцелуя мне вообще сложно представить, что он меня не любит.

— Надо не тянуть быка за рога, а под венец парня вести, пока не сбежал, — продолжает она учить меня жизни.

— Ага. Прям завтра с Маркушей и распишемся. А сегодня мне надо сделать домашку, — встала и потянулась, с улыбкой на пол-лица.

Мать досадно глянула на меня и опустила глаза.

— Я имела в виду Димку. А что про родителей Маркуша рассказывает? — осторожно начала она. — Что нового у них?

— Да ничего, — удивленно ответила. — Они уехали.

Не смотри на меня так, я все-равно в гостевой комнате спала.

Мать лишь вздохнула тяжело.

— Кстати, утром Димочка приходил, — скосила на меня глаза. — Я сказала ему, что все в силе.

— Да, куда уж тебе до моего скромного мнения.

— Сама виновата, — прокричала мать, когда уже уходила с кухни. — Ты сама согласилась! Не надо обижать парня! Я тебе не позволю! Лиза! Он хороший мальчик!

Я вернулась к себе в комнату и села на конспекты, но мысли постоянно утекали к ледяному мальчишке.

Как он меня целовал…

Рука сама собой потянулась к лицу.

Пальцы быстро заскользили по губам, сминая их. Я почувствовала приятное жжение и томление во всем теле. Особенно внизу живота.

Мурахи побежали по коже.

Его запах. Его вкус… Это Мой Ледяной Мальчишка.

И его… я… его… я…

От него…

Без ума.

— Без ума-а-а! — закричала я, вскакивая со стула и валясь на кровать лицом вниз, смеясь и стуча ногами.

— Никто и не сомневался, — пробурчал недовольный голос Аленушки надо мной.

Я подняла голову и увидела сестрицу, глядящую на меня как на дуру и брезгливо сморщившую носик.

— Что?

— Что ума у тебя не слишком много, — закатила она глаза, дергая себя за высокий хвостик.

В своей винтажной шубке, да еще и в сапожках прямо в комнату ввалилась. Отчего куски снега налипли на мой пушистый коврик.

Но у меня такое шикарное настроение, что я не могу на нее злиться.

— Аленушка, зачем пришла?

— Надо помогать Ирке с организацией. Мама тебе не сказала? Собирайся.

— Ни-че-го я не хо-чу-уууу! — пропела я, ерзая по кровати, как неваляшка, и закутываясь в одеяло, будто сосиска в тесто.

Вот такая я нехочуха.

— Я жду тебя внизу.