— Мам, пойми, я так не могу поступить. Не хочу обманывать Димку, и встречаться с ним не хочу. Я Марка… я… — страшно сказать, что влюбилась. — Он мне нравится. И я ему тоже. Хоть и есть у меня свои страхи по поводу него, но…

— Вот! — она оборачивается. — Потому что ты чувствуешь, как все будет, интуитивно ты все понимаешь и боишься!

— Нет, не поэтому, — качаю головой. — Ты не знаешь, я не рассказывала, просто в детстве у нас кое-что произошло, и потом, когда мы стали старше…

— Лиза, ты у нас не красавица, а Марк…

— Ой, мам, не начинай! — взрываюсь я. — Опять до моей внешности докопалась! Не о том речь!

— Да ты хоть раз послушай! У тебя же все мимо ушей пролетает!

— Что мне твои причитания о том, какая я у нас страшненькая.

— Не сказать, что ты страшная, но и не красавица! Вот Аленушка…

— Ага, — закатываю глаза. — Аленушка идеальная.

— А ты сомневаешься? — усмехается.

Но сомневаться в этом невозможно. Сестра у меня действительно очень красива. Глаза огромные миндалевидные, локоны послушные, роскошного оттенка, да и фигурка загляденье. Про нее говорят, что она словно сошла с глянцевого журнала. А я что? Носик заостренный, как у папы, и волосы постоянно в лицо лезут, словно, своей жизнью живут.

Да и ростом не особо выдалась, в модели точно не возьмут. Но не напоминай мне мама постоянно об этом, я бы и внимание не обращала. А так, по ее мнению: о своих изъянах не должна забывать.

— Марку я нравлюсь такой, — с дрожью в голосе говорю.

— Я прошу тебя, Лиза, — не останавливается мать. — Хоть раз послушай меня! Хоть раз! Если ты права, совет да любовь вам с Марком. Я слова больше против не выскажу. Но чует мое сердце материнское, что Димочка для тебя идеальный вариант.

Давай посмотрим по ситуации, пока готовимся к свадьбе с Димой, если со стороны Марка будут серьёзные намерения, а не просто» поиграл, да выбросил», тогда разорвешь помолвку.

— Да я вообще не хочу замуж, рано мне еще!

— Пока рано, а там глядишь, изменишь мнение.

— Мам!

— Лиза! — не унимается. — Умоляю тебя! Ради семьи сделай…

Стук в дверь прерывает ее, мы обе поворачиваем головы и смотрим на дверь. Мать быстро моргает и суетливо прячет мое рваное платье, затем, выкрикивает:

— Войдите!

— А это мы, — с широкой улыбкой в комнату входит Ксения, за ручку по пятам Димку ведет.

 — Сынок уже совсем разнервничался, плохо ему, — объясняет мне. — Лиза, не мучай мальчика, соглашайся, прошу!

Гляжу на парня, он понуро опустил голову, на меня не смотрит. Выражение лица — убитое.

— Лиза, — шепчет мать. — Ради семьи…

Я качаю головой в отрицательном жесте. Мать Димы суровеет, ее губы кривятся, придавая лицу ужасающее выражение.

— Лиза, — угрожающе шепчет моя родительница.

— Лиза, — Дима поднимает голову, его глаза блестят от влаги.