— Или слишком изврат?

— Добавляй.

И вновь смотрю на Егора, а он на меня.

И что-то мне не хочется переворачивать стол с криками, орать, плакать и биться головой о стену.

Я опустошена.

И даже не встречей с Алиной, которая сейчас мелит тыквенные семечки, а осознанием того, что я не живу в сказке “долго и счастливо”. И мне хочется крепко так заматериться, чтобы описать свое состояние.

— Это пиздец, Егор, — сипло шепчу я. — просто полный пиздец

Он медленно кивает и вздыхает, как усталый мишка, которому морду искусали злые пчелы.

А я перед ним — какая-то облезлая лиса, которая потеряла клочки шерсти пока бесилась в острых кустах ревности, злобы и обиды.

Глава 15. Тайна перестала быть тайной

Смотрю на высокую стеклянную кружку с рафом. Плотная пенка, а сверху раздробленные в зеленую крошку тыквенные семечки.

Какова вероятность, что Алиночка плюнула мне в кофе?

— Ты сейчас… — поднимаю взгляд на Егора. — Возбужден?

— Я со стояком всю дорогу от парковки с любопытной бабкой, — в ответ зло щурится и делает глоток из маленькой чашечки с эспрессо. — Вот и гадай теперь, на кого у меня сейчас стоит, Инга.

— А просто сказать, что это я тебя завела — не судьба?

— А ты мне сейчас поверишь?

— Поверить не могу, что я сижу тут.

— Сама напросилась.

— Конечно, я у тебя вечно виновата.

— И я не вижу, что ты сейчас довольна тем, что продавила меня под себя. Опять двадцать пять, Инга.

— Ты… просто обычный мужик, у которого встало на молодуху.

Егор оставляет чашку, оглаживает бороду, глядя на меня, и цыкает.

— Следующим шагом в нашей психотерапии будет то, что я дам тебе разрешение оприходовать эту девку? — вскидываю бровь.

Егор опять громко цыкает. Он выражает мне свое несогласие.

— А что? Ты же этого хочешь? — шепчу я.

— Нет, я этого не хочу, — цедит сквозь зубы. — Не хочу. Мне не надо от тебя разрешения на любовницу.

Опять смотрю на Алину. Занята своими делами, что-то листает в телефоне, улыбается, закусив губы и даже краснеет.

— Посмотри на нее внимательно, Инга.

— Чтобы что? Чтобы восхититься ее молодостью, гладкой кожей и оленьими глазами? И согласиться тем, что она красивая?

— Ты согласна, что она красивая?

Медленно выдыхаю. Да к черту. Даже если Алина плюнула в мой кофе, я его выпью. У меня в горле пересохло.

— Ответь на вопрос.

Делаю несколько глотков. Сладко, пряно и с нотками печеной тыквы.

— Да, — отставляю кружку с рафом и прижимаю к губам салфетку. — Красивая."

"Я уже самое страшное в своей жизни услышала. Ниже падать некуда.

— Никого не напоминает? — Егор проводит пальцем по краю чашечки, не спуская с меня взгляда.

— Нет.

— Точно?

— Да что это за вопросы? — поскрипываю зубами.

— Да на тебя она похожа, Инга, — шипит Егор. — На тебя. Ты такой же ссыкухой была, когда мы первый раз встретились.