Чем умудрилась-то? — Покачала она головой и закатила глаза. — И подними свой ключ, а то в темноте кто-нибудь наступит.

Ключ я подняла. Но не голой рукой. Второй раз на эти уловки магических тварей не попадусь! Я сначала взяла с верхней полки шарф и уже через него подцепила ключ.

Тот признаков нездоровой активности не подавал. Напасть больше не пытался. Не светился. Не кусался. Не царапался. Но маму я все же спросила, пока она мне поливала порез на ладони перекисью водорода, не поцарапалась ли она сама об ключ?

— Нет, конечно. Он же отшлифованный, гладенький, — спокойно ответила она. — Может, завтра не будешь переезжать? Сегодня клининг все отмыл, папа прямо рано утром туда бригаду отправил и за всем проследил. Но куда ты с порезом?

— Ну, мам! Я уже взрослая! Ну и вообще, — сконфузилась я под ее взглядом.

— Димка тебе не звонил? А Марина? — перевела она тему.

— Нет. — У меня сразу испортилось настроение. Я как-то так погрузилась во все эти сказочные странности, что и думать уже забыла про двух предателей. Сейчас маме пояснила: — Я их везде заблокировала. И не беру пока трубку с неизвестных номеров.

— Ну и правильно. Этот… мне звонил. Гадости про тебя говорил.

— О как! — Я села ровно. — А ты что?

— А я сказала, что еще раз позволит себе подобное и побеспокоит меня или тебя, и я сама, лично, утащу у тебя компромат на него и отправлю куда следует.

— Да-а-а⁈ А он?

— Нецензурно выбранился и бросил трубку. Козел!

— Козел! — подтвердила я. — Хорошо, что вы с папой помогли мне так быстро от него переехать.

— Ага. Завтра с тобой поехать туда, в студию? Будешь что-то из вещей еще забирать?

— Не-а. Ну вот форму только, которую ты постирала.

— Красивая, кстати. И надпись забавная. А почему «Мимоходом»?

— Ну… Не знаю, — растерялась я. — Но прикольно, да?

Мы еще немного поболтали, потом я забрала из отглаженной стопки вещей фартук и колпак. Захватила ключ, так и завернутый в шарф, и пошла в свою комнату, где меня ждал Колобок.

Не успела закрыть за собой дверь, как он заявил:

— Я все почувствовал. Молодец. Приняла ключ, привязала его к себе кровью. Марьян, конечно, лопнет от злости, но сам виноват.

— Почему? — Я присела напротив.

— Потому что надо было самому это сделать. Ему же четко все рассказали. Что если не привязать кровью, то органической привязки нет. Что если не отдаться душой и эмоциями, то и слияния не будет. Ну и что вышло? Психанул, форму скинул, и привет! Если бы вернулся прямо сразу и забрал его, то, может, булочная его бы и простила. Она ведь не злая совсем, волшебная же. И очень любит компанию. А так он, считай, ее в другие руки передал, отказался. Она и обиделась. Ушла.

— Ушла? Ты же говорил, что перенеслась куда-то в небытие. Когда врал? Тогда или сейчас?

— Не придирайся!

— А ты не юли́. Ну-ка! Давай все четко, ясно и понятно.