Я пока даже к обращению «женщина» морально не готова.

— Не надо пока мужа! — строго сказала я и даже пальцем погрозила. — Я еще не успела даже почувствовать вкус свободы. Я это… — Я стала судорожно вспоминать, как называются те, кто категорически не желает выходить замуж.

Вспоминались только те, кто не хочет детей по идейным соображениям. Но я не про них.

— Эмансипированная женщина, — сказала неуверенно. Нет, что-то другое. И добавила: — Феминистка. Кажется. Но это не точно.

Нет, это тоже что-то другое. Да блин! И телефон на кухне остался, не посмотришь в интернете.

Марьян посмотрел на меня с удивлением, а Горыныч захлопнул все три пасти, помолчал, а потом средняя башка осторожно спросила:

— Это чего ж такое? Болячка срамная, что ли? Помрешь скоро?

— Жа-а-алко, — протянула правая голова.

— Такая молоденькая.

— Ох ты ж, мать сыра земля… Так мало пожила и уже помирать, — протянула левая.

— Да нет же! — воскликнула я и нервно хихикнула. — Это другое.

— Не срамная болезнь? Другая? Типа падучей, что ли? То-то вся побитая! — почти одновременно выдали все три головы. И тут же правая с наездом спросила Мими: — Слышь, курица, ты чего за чародейкой совсем не следишь? Чего она у тебя вся такая обдрипанная? Платье мятое, ленты в волосах нет, ноги разбитые и в крови.

Ты почто народ свой позоришь?

Мимоходом возмущенно заквохтала.

— Она не виновата! — поспешила я вмешаться.

— Да это не она, ты, Змей, не обижай нашу избушку, — заговорил наконец Колобок.

А я вдруг осознала то, что почему-то не понимала раньше. Он ведь совсем молоденький. Просто он нечисть, да и ведет себя как типичный сказочный персонаж. И вроде все знает и меня учит. Но на самом-то деле Коле всего пара месяцев от роду.

Ведь его приготовил и испек Марьян. А он месяц проработал в Мимоходом, потом психанул и ушел, а затем сразу я появилась. И вот я месяц как раз тут и чародействую с кексиками.

Так что, выходит, Коля тоже раньше не встречался ни со Змеем Горынычем, ни с Кощеем Бессмертным, ни с Бабой-Ягой.

— О! Колобок! Здоров, малой. Я тебя не заметил. А что же лиса, еще не сожрала? — И Горыныч захохотал, словно его слова были шуткой.

— Это локальный мем? — спросила я у Коли.

— Похоже на то, — буркнул он. Что такое «мемы», он уже знал от меня.

Змей же отсмеялся, и средняя голова спросила:

— Ладно, пернатая, куда путь держишь? К своим? Тут недавно Элегантно пробегала.

Вернулась невесть откуда после долгого отсутствия. Говорит, у нее новая чародейка завелась несколько месяцев назад. Я видел, ничего так, красивая. И целая, не то что твоя вдова, вся побитая. Как звать-то тебя, убогая? — это уже было мне.

Я возмущенно булькнула, но мне положил руку на плечо Марьян, призывая к молчанию.

Он вообще все это время не вмешивался в разговор, стоял с обманчивой расслабленностью.