Но просверлил девушку таким осуждающим взглядом, что ей расхотелось лезть к нему с расспросами. Окончательно причина ярости Химкина выяснилась только в отделении.

— Мы планировали эту операцию несколько дней, — сидя на своем стуле за рабочим столом, поставил подруг в известность Химкин. — А вы все испортили! И мало того, вы поставили меня перед начальством в дурацкое положение.

Девушкам он присесть не предложил. И они выстроились перед ним неровной шеренгой, словно провинившиеся школьницы. Впрочем, Машу быстро увели в другой кабинет. А подруги остались наедине с Химкиным.

— Мы вышли на Кочетова вскоре после убийства его первой жертвы — Галины Воленко, — продолжая сверлить их тяжелым взглядом, сказал Химкин. — И с тех пор только и ждали подходящего момента, чтобы сцапать этого гада с поличным.

— Галина Воленко — это должно быть та самая пропавшая Галка, — прошептала на ухо Кире Леся. — Подруга Леночки.

— Не шептаться! — грохнул по столу кулаком Химкин так, что подруги даже вздрогнули. — Шепчутся они еще! Хватит! Пошептались! Посекретничали! Их чуть было не поубивали всех скопом сегодня ночью, а они еще шепчутся. Да я сам чуть не помер, когда увидел, что вы прямо возле яхты Кочетова рыбку вдруг ночью поудить вздумали. Мне, если хотите знать, даже пришлось в воду людей спускать, чтобы они вас незаметно оттуда извлекли.

— А что же они нас не извлекли? — спросила Кира.

— Не успели, — буркнул Химкин. — Вы уже на яхту перебрались.

— Значит, сами и виноваты, — нагло заявила Кира. — Не проявили должной оперативности.

И тут без малейшего предупреждения Химкин вдруг вскочил на ноги. Стул с грохотом отлетел в одну сторону. А подруги шарахнулись от него в другую. И тут Химкин начал совершенно, кстати говоря, непонятно почему, громко орать на подруг, потрясая у них перед носом сжатыми кулаками.

— Я вам говорил, чтобы вы сегодня ночью дома сидели? Говорил или нет?! — орал Химкин. — Отвечайте, охламонки, говорил я это или нет?

— Говорили, — вынуждена была признать любящая правду Кира.

Так какого черта вы меня не послушались? — все еще тряся кулаками у них перед носом, вопрошал Химкин. — А? Ка-ко-го?

Вопрос был чисто риторический. И подруги не сочли нужным на него отвечать.

— Да еще парня откуда-то с собой притащили, — продолжал бушевать Химкин, меряя свой кабинет тяжелыми шагами. — Да еще на палубе, на самом видном месте, оставили! Еще немного, и Кочетов его увидел бы и насторожился. И вообще бы его задержать не удалось! Вы хоть понимаете, что вы натворили?

— Нет, — пробормотала Леся. — Вы же нам ничего не рассказываете, а только кричите на нас.

— А как мне не кричать? — неожиданно успокаиваясь, спросил у нее Химкин. — Вы не только операцию едва не сорвали, вы и свои жизни под угрозу поставили.