– заорал мужик, одновременно резко выворачивая руль, пытаясь уйти от столкновения боками с каким-то чёрным джипом, ехавшим слишком близко к его джипу, и, грязно выматерившись на водителя той машины, выровняв свой автомобиль, он повернул голову, посмотрел гневно на Дашку и повторил: – Никто вообще не знал! Никто! А ты увидела!

– Что я увидела? Когда? Кого? – демонстрировала полное непонимание и искреннее, прямо-таки «на голубом глазу», чистейшее недоумение Дарья: – Я вас знать не знаю и первый раз вижу. Ну, второй, – поправилась она, – если считать вчерашнюю нашу мимолётную встречу.

– Ты была в СК у следователя! – прорычал «манекенщик» аргумент, который, по всей видимости, посчитал прямо-таки убойным.

– Ну да! – удивлённо пожала плечами Дарья, старательно придерживаясь выбранной роли простодушного непонимания, и принялась объяснять: – Во время урагана мы нашли тело утонувшей женщины и давали свидетельские показания. При чём тут вы?!

– Не звезди, сука! – почти взвизгнул он и от душившей, захлёстывающей, клокочущей ярости вдруг принялся колотить с остервенением рукой по рулю, исходя криком: – Следак этот… – выматерился новой волной мужик, – …спросил у меня алиби на ту ночь! – Он опять с силой заколотил по рулю. – Какое на х… алиби! Нет у меня его, нет! И быть не может!!! Что ты ему сказала?!

– Кому? – настойчиво «тупила» Дарья.

– Следаку тому, мать!..

– Да просто под протокол повторила свои свидетельские показания, которые давала полицейским, о том, как мы обнаружили тело утопленницы, – объяснила Дарья.

– Заткнись!!! Он сказал, что у них есть сведения о моих отношениях с Рыковой! Это ты ему сказала! Никто не знал! – выкрикивал обвинения похититель.

«Так, понятно, – быстро соображала и анализировала Дарья, – то есть этот, прости господи, следователь Лямин намекнул человеку с явно нестабильной психикой, что тот каким-то образом причастен к убийству Рыковой. Так получается?»

Как-то очень сомнительно, что следователь СК идиот или настолько непрофессионален.