Я опустилась на колени, чтобы было удобнее обниматься. Максим так жался ко мне, словно боялся, что нас снова разлучат.

— Максимилиан, будь вежливым и соблюдай пристойность, ты все же дракон, а не вшивый мальчишка из подворотни, — посоветовал Карлимиллион. Еще и головой покачал, нахмурившись, как будто Максимка и вправду в чем-то провинился. — Будь сдержанным.

Кажется, кое-кто решил вырастить свою точную копию.

— Разве для дракона стыдно испытывать чувства? — недовольно поинтересовалась я. Почему-то слова повелителя напомнили мне замечания матери Селины, та тоже старалась подавить в детях привязанности.

Но она-то хоть монашка, а этот — тоже мне, центнер благочестия и пристойности. — Особенно для дракона ребенка.

— Не стыдно, — парировал Карлимиллион. — Но это допустимо лишь с близкими.

Вот так мне намекнули, что я здесь никто и звать меня никак. Очень гостеприимно, ничего не скажешь.

— Но она моя мама, — рискнул возразить малыш. — Она заботилась обо мне и спасла…

— Знаю, — подтвердил повелитель. — Поэтому она здесь. Но это еще не значит, что ей можно доверять в дальнейшем.

— Но ведь ей можно остаться, правда?.

. — с надеждой произнес Максимка.

Прижался крепче, и я погладила его по светлым волосам. Ответа Карлимиллиона ждала не меньше, чем сам Максимка. Возвращаться в Светлый мир нельзя, меня найдут и все равно обезглавят. Скрыться в далекой стране… Но как я могу жить вдали от Максимки? Как смогу спокойно спать, зная, что в приюте святого Макия есть дети, которых я полюбила и которые нуждаются в моей помощи? Нет, это будет не жизнь, а пытка. И все же я понимала Карлимиллиона: у него не было личных причин доверять мне. А оставлять у себя представителя ордена Света, пусть и бывшего, такое себе занятие… Для него я слишком долго была врагом.

Так же, как и он для меня.

— Я думаю над этим, — решительно заявил повелитель. — А сейчас, Максимилиан, будь добр, отправляйся к остальным. Авила, уведи мальчика и позаботься, чтобы к ужину все дети были одеты, умыты и причесаны.

Выходит, Авила одна заботится о детях. Что ж, я еще больше зауважала эту женину. Знать бы еще, сколько малышей у нее на попечении?

Мне приказа удалиться не поступало, и после того как Максимка ушел с Авилой, я, словно осиротев, растерянно стояла посреди зала.

Приказала себе сдерживаться и приготовиться к компромиссам. От Карлимиллиона сейчас зависела моя судьба, не стоило его злить, показывая характер.

— Присядь. — Он указал на кресло напротив себя. — Разговор предстоит долгий и трудный, для нас обоих. Кофе?

Так мне не показалось, он действительно пил именно тот напиток? Как же я мечтала еще хоть раз его отведать!

— С удовольствием, — улыбнулась в ответ.

Карлимиллион не стал вызывать служанку, сам налил мне в свободную чашку кофе и подал.