Он долго и тщательно ощупывал меня едва ощутимыми прикосновениями, как будто проверял: не пронесу ли я в мир драконов что-то запретное. Ко всему прочему туман оказался мужского пола, во всех смыслах этого слова. Обыскивая, пощекотал под коленкой, забрался под плащ, подергал за волосы. Но когда добрался до панталон, был мысленно послан так далеко, что ни одному дракону не долететь. Ко всему прочему туман оказался понятливым и понимающим. В данном случае понимающим намеки и русский мысленный мат, потому как после моего эмоционального всплеска, оставил в покое.

Туман буквально выплюнул из себя повелителя драконов и меня, зажатую в его лапах.

Карлимиллион несколько раз перекувырнулся в воздухе, но сумел быстро восстановить равновесие.

— Получилось! — воскликнул он громогласно.

— Ы-ы-ы!.. — осуждающе прорычала я и сделала огромные глаза.

То есть эта наглая красная морда не была уверена, что туман меня пропустит?! Но все же подлетела сюда со мной?

— А ты бы предпочла остаться на плахе? — так же осуждающе прорычал дракон, сверля желтыми глазами. — Могу вернуть, хочешь?

Недолго думая, помотала головой. Дракон прав: лучше умереть при попытке спастись, чем доставить удовольствие декану Лерану лицезреть мою отсеченную голову.

А так, даже если бы погибла в стене, успела напоследок показать гаду кукиш. Представляю, какой переполох сейчас творится в Светлом мире. Многие маги были уверены, что повелитель драконов не в силах покинуть леса, окружающего стену. А он не просто улетел очень далеко от стены, но еще и без проблем миновал все магические ловушки, окружавшие академию. Теперь у магов Светлого мира есть повод задуматься и даже испугаться. Повелитель драконов, при желании, мог бы разрушить парочку городов, а то и добраться до столицы и самого короля. Но он этого отчего-то не желал и щепетильно выполнял условия договора.

Выходит, он не так плох, как о нем рассказывают?

— То-то же, — хмыкнул дракон. Как мне показалось, немного надменно.

— Ы-ы-ы?.. — переспросила я.

Странно, но Карлимиллион понял без слов. Не слышала, чтобы драконы могли читать мысли, или это у меня на лице было написано то, что меня больше всего интересовало?

— Хочешь знать, отчего я поступил так? — уточнил дракон и прищурился.

— Сам в шоке, если честно. Я не вмешиваюсь в дела людей, а уж о том, чтобы спасти рыцаря, не могло идти и речи. Сам бы до такого не опустился, но один знакомый очень за тебя просил.

— Ы?.. — уточнила я.

Из всех драконов, кого я доставила к Карлимиллиону, только один мог бы за меня вступиться. Это Максимка.

— Да, он самый, — согласился повелитель драконов. — Максимиллиан ― смышлёный дракончик, к тому же ему трудно отказать. — Тут взгляд красного дракона стал жестким, я бы даже сказала, жестоким.