Так и так, излучаются короткие волны, вдоль них посылается каким-то образом разрушительная сила; возможно ли это? Понятия не имею, ответил Попов. И посоветовал списаться… с Америкой. А именно с Теслой. Он выдающийся специалист по электричеству и не только. Серб может что-то подсказать. В Германии тоже есть крупный физик, мизантроп и затворник Дёринг. Этот точно ответит на вопрос, если захочет. И больше в мире подобных нет. Эдисон давно уже капиталист, а не ученый. А Маркони просто жулик, ворующий чужие идеи.

Собеседники простились с Поповым и вышли в глубокой задумчивости.

Не в Америку же им ехать! А спрашивать о чем-то немца Дёринга, зная, что его соплеменники прикончили Филиппова, тем более глупо.

По вечерам Алексей Николаевич читал работы покойного. Хотел лучше понять круг его интересов, масштаб личности. Но дело у сыщика шло туго. «Биологические работы Аристотеля», «Пространство Лобачевского и многомерное пространство», «Космология и космогония в конце XIX века». Написано вроде бы легко и доступно, слог хороший, но знания автора зашкаливают. Чувствуешь себя на его фоне дурачком.

Лыков сделал из прочитанного только один вывод: Филиппов мог изобрести чудо-оружие. Он был чрезвычайно разносторонен и близок к гениальности. Видимо, к такому же выводу, но чуть раньше, пришли немцы. А русское правительство, как всегда, запоздало с правильной оценкой. Ведь могли привлечь человека, построить ему современную лабораторию. Настоящий ученый не устоит перед соблазном расширить свои возможности за счет правительства. И глядишь, плоды трудов Филиппова послужили бы России. А теперь? Кучка пепла, что выбросили из печи начальника ПОО. Обломки аппарата валяются где-то на свалке. И убийство русского подданного, до сих пор не раскрытое."

"Наконец пришло сообщение от Гартинга. Петр Никодимович Разуваев нашелся в Берлине. Он проживает в гостинице «Шварце Адлер» на Инвалиденштрассе. На всякий случай Разуваева взяли под наблюдение.

Вечером два дознавателя выехали в Берлин. Олтаржевскому вручили паспорт, почему-то на имя графа Станислава Стырье. Подполковник Сазонов хотел то ли посмеяться над военными, то ли польстить им. Лыков сразу начал обращаться к своему спутнику «ваше сиятельство».

Поручик и без того был на нервах: впервые ехал за границу, да еще по чужому документу. Вдруг его кто-то узнает и обратится по настоящему имени? Немцы почувствуют неладное, арестуют как шпиона… Алексей Николаевич сжалился над поляком и успокоил его. Поездка у них короткая: расспросят ассистента и сразу домой. В Германии хорошая полиция и очень сильная контрразведка, но они не успеют засечь русских. А за паспорт на чужое имя не наказывают. В худшем случае привяжут «хвост».