Хочет, чтобы Эдгар пожил у меня? О, это можно устроить! Так устроить, что несознательный папаша убежит от нас в тот же день, роняя тапки с графскими вензелями. Но сейчас самое главное обозначить условия.

— Сколько вы хотите, чтобы он у нас пожил? — Я даже и мысли не допускала, что графский сын будет висеть на моем иждивении всю жизнь.

— Пять лет! — ухнул с порога граф.

Я закашлялась от такой несусветной наглости и Фрея, добрая душа постучала мне по спине.

— Да вы что? Каких пять лет!!! Вы хотели сказать пять месяцев. Да и то это много. Месяц вполне будет достаточно!

— Ты не ослышалась, девчонка, пять лет! — граф стоял на своем.

— Да что он тут будет делать, пять лет то?! — я натурально выла — Два месяца, не больше!

— Детей будет делать, вот что! — не стесняясь и не скрывая своих планов, заявил граф — Четыре года!

— Не светит ему здесь больше детей! Одного хватит — я тоже поторопилась обозначить свою позицию — Два с половиной месяца!

— Посмотрим! — самоуверенно сообщил мне Брачинский — Три с половиной года!

В конечном итоге торгуясь и бранясь, мы с графом скостили срок моего наказания до года.

Было договорено, что Эдгар приедет завтра со всеми документами и вещами лично.

— Мне не нужны твои жалкие гроши. Брачинские древний и богатый род, так что я могу подарить СОБСТВЕННОМУ ВНУКУ, какую-то жалкую ферму.

Если он пытался нас укусить, то ему это удалось. Я возмущенно взглянула на этого индюка и сказала:

— Ферма не жалкая! Мы вложили сюда много сил и труда. И теперь она процветает. Но так и быть, я буду считать, что деньги за нее пойдут на содержание вашего сына в этот год.

Видно было, что граф хочет мне что-то ответить, но… На удивление он сдержался и не прощаясь вышел во двор к своей карете.

— Ой, что же будет! Что будет! — запричитала Берта за моей спиной.

— Ничего! — с улыбкой ответила я, оборачиваясь к родным, так как план потихонечку начал созревать в моей голове — Будем готовиться к встрече графского сынка, что же еще!

* * *Но дорогой гость к нам почему-то не спешил. День убежал далеко за полдень, когда его сиятельство графский сын соизволил показаться на горизонте. Как всегда, гордо восседая на черном коне, Эдгар въехал в мой двор в сопровождении целой оравы слуг и двух груженых повозок.

В это время мы с Сашей свободно прогуливались рядом с сараями, собирая весенние цветочки и млея в ласковых лучах солнышка. Но эта кавалькада испортила нам моцион, как и мое благодушное настроение.

— Мама, эта лосядка? — спросил меня сын забираясь на руки и тыкая грязным от травы пальчиком в Эдгара.

— Нет, сыночек, это конь! — сообщила я, малышу осматривая слегка потрепанный и подгулявший вид графского наследника.