Прошло две недели с нашего странного перемирия, и отношения между нами были зыбкими как песок, так что Осман вел себя очень настороженно, явно боясь, что я взбрыкну.

– Нет, конечно, почему я должна быть против? Твой друг женится, естественно, что ты должен проводить его холостяцкую жизнь. Полагаю, на свадьбу мы тоже приглашены? – спросила я, хотя всё, что мне хотелось, это запретить ему идти на этот мальчишник.

Всё во мне требовало встать в позу и сказать «нет».

Но это было бы слишком ребяческое поведение. Да и не в тех мы отношениях, чтобы я показывала свою ревность. А ревность была, черт бы ее побрал! Я ведь прекрасно знала, как проходят все эти мальчишники! В Эмиратах хватало продажных женщин. Танцовщицы там точно будут, и пусть это будет танец живота, а не стриптиз, сути это не меняло.

Интересно, у Османа был кто-то за время нашего расставания? Только сейчас эта чудовищная мысль пришла мне в голову.

Что, если он, решив, что я изменила ему, пустился во все тяжкие, чтобы отплатить мне той же монетой?! Любой мужчина так бы и поступил.

– Всё хорошо? Ты выглядишь напряженной, – накрывая мою руку своей ладонью, спросил Осман.

Мы сидели за его рабочим столом, разбирая отчеты, когда поступил этот звонок с предложением поучаствовать в мальчишнике, будь он неладен!

– Да, просто проголодалась. Пообедаем в ресторане? – попыталась я выбросить глупые мысли из головы.

– Конечно, лапа! Что ж ты молчала! Пошли, – подхватил он меня за руку, помогая встать.

Мы молча спустились в ресторан при отеле, и, сев за уединенный столик, каждый уткнулся в свое меню.

– Как насчет овощей на гриле и курицы? Ты же помнишь про диету? – спросил меня Осман, отрываясь от меню.

– Я хочу что-нибудь вредное! – насупилась я.

– Давай так: ты закажешь овощи, а я что-нибудь вредное и поделюсь с тобой. Идет? – заговорщицки подмигнул он мне.

– Идет, – вздохнув, согласилась я, понимая, что он прав.

Врач беспокоилась о моем стремительно идущем вверх весе, поэтому прописала мне питаться исключительно нежирными и полезными блюдами, что я частенько нарушала в обход Османа. Думаю, он знал это и именно поэтому пытался сделать так, чтобы ели мы всё время вместе. Только начав вновь проводить с ним время, я вспомнила, какой он заботливый и надежный. Обида потихоньку начала уходить, но уязвленная женская гордость не давала мне так просто простить его.

– Завтра ждем дизайнера, – сделав заказ и отпустив официантку, взволнованно заговорил Осман. – Начнем с чернового ремонта и с общих штрихов, а когда узнаем пол ребенка, проработаем детали и цвет!

– Отлично. Значит, завтра у нас выходной? – пытаясь переключиться на хорошее и выбросить всё плохое из головы, спросила я.

– Да, будем обсуждать детскую и бездельничать.

– Звучит как план, – согласилась я.