А ты чем займешься? – ставя перед ним кофе, поинтересовалась я.

– Зачем звонил Глеб? – вдруг спросил он, проигнорировав мой вопрос."

"– Глеб? – удивилась я, чуть не поперхнувшись апельсиновым соком. – Просто… Хотел поздороваться, – звуча глупо даже для самой себя, выдала я. – А что?

– Ничего, – буркнул он.

Удивленная его тоном и поведением, я надолго замолчала, искренне не понимая, в чем дело. Осман вел себя странно.

– Собирайся, я тебя отвезу, – отодвигая тарелку и вставая, проговорил он. – Я договорился, чтобы горничная прошлых хозяев приходила к нам, так что можешь не убирать со стола.

– Осман… – позвала я неуверенно. – Всё в порядке?

– Всё отлично, Ксюш. Просто голова забита работой. У меня сегодня пара встреч, так что извини, пообедать с тобой не смогу.

– Да я и не… – начала было я.

– Но мы поужинаем вместе, если ты, конечно, хочешь, – продолжая прожигать всё тем же непонятным мне взглядом, продолжал он.

– Конечно хочу, – решив проигнорировать его странность, воскликнула я бодро. – С чего бы мне не хотеть?!

– Отлично, тогда пойду собираться.

Ни улыбки, ни привычной теплоты его лицо не выражало, когда, ответив мне, он развернулся и вышел из кухни, оставив меня в полном смятении с моим недоеденным завтраком.

Да уж, не так я себе представляла это утро.

Шикарные розы легли на мой стол, заставив меня удивленно поднять взор на потрясающего мужчину, что преподнес их.

Я ведь даже не заметила, как он вошел! Настолько ушла в работу, погрузившись в отчеты, что пропустила его приход.

– Вау! – улыбнулась я счастливо, пододвигая к себе огромный букет нежно-персиковых роз и утыкаясь в них носом. – У нас какой-то праздник? – спросила я.

– Разве нужен повод, чтобы подарить своей женщине цветы? – обходя стол и подхватывая меня на руки, сказал Осман, устраиваясь на моем кресле и сажая меня к себе на колени.

От этого его «своей женщине» я просто растеклась безвольной лужицей, обнимая его и целуя в уголок рта.

– Спасибо! Цветы потрясающие, как и ты сам, – поблагодарила я, чувствуя неизменных бабочек, что порхали у меня в животе в его присутствии.

– Извини меня за утро, – еще больше удивляя меня за сегодня, начал он. – Я приревновал и вел себя грубо.

У меня чуть глаза не вылезли на лоб от удивления и шока. Его слова настолько шокировали меня, что я просто глупо хлопала глазами, смотря на него в полном недоумении. Я искренне не понимала, о чем он говорил.

– Не смотри на меня так, Ксюш! – застонал мужчина, явно чувствуя себя неловко.

Осман – и неловко?! Это просто что-то невообразимое!

– Приревновал? – неверяще переспросила я. – К кому?!

– А ты не понимаешь? – вздернул он бровь, смотря тем строгим взглядом, что заставлял меня одновременно стушеваться и заводиться от охватывающего меня возбуждения.