Я выкуплю их.

Я заколебалась, и муж добавил:

– Все-таки, деньги на хозяйство – моя забота.

Если бы речь шла только обо мне, стоило бы настоять на своем. Но, в конце концов, в доме, кроме меня, столовалось три… нет, пять человек, если считать самого Ксандера, и я их не приглашала. Так что все честно.

– В соседнем квартале. – Я подробно описала дорогу и дом ростовщика.

Муж кивнул.

– Хорошо, с утра отправлю Томаса. – И добавил совсем другим, жестким тоном: – Так что вы не поделили с Руби? И не надо отнекиваться. Я не настолько устал, чтобы не соображать, и утром не забуду, как бы вы ни хотели избежать разговора.

– Я вовсе не собираюсь его избегать, – пожала я плечами. – Не хотите сперва отдохнуть…

– Не хочу портить утро нового дня женскими склоками.

Вот как…

– Хорошо, – сухо сказала я. – Пойдемте.

Столовая – не место для сложных разговоров и ссор. Тем более что список Руби я оставила в аптеке.

Когда мы оказались там, Ксандер огляделся по сторонам.

– Сколько вы заплатили плотнику?

– Я не нанимала плотника.

– Тогда кто навел здесь порядок? Джек?

Джек? Конюх, вспомнила я.

– Нет, я сама.

– Вы сами? Вот этими нежными ручками? Придумайте что-нибудь поубедительней.

Я пожала плечами.

– Дел-то было, десяток шурупов вкрутить. Ну, два десятка. – Я взяла лист бумаги, протянула его Ксандеру. – Этот список составила Руби, чтобы вы возместили ей траты на продукты. Она всегда так поступает?"

"– Обычно она отдает список экономке, а я раз в месяц проверяю записи и выдаю деньги на хозяйство. Но в вашем доме экономки нет, а у моей хватает дел и без того… Что именно вас в нем возмутило настолько, что вы сами взялись готовить?

Я дала мужу еще один лист бумаги.

– А это – сколько и на что я потратила сегодня на рынке.

Ксандер пробежал глазами по строчкам, нахмурился.

– Вы хотите сказать, моя прислуга меня обманывает?

– Я не хочу этого сказать, – покачала я головой. – Возможно, ваша прислуга ходит не на рынок, а в какую-нибудь – чуть не сказала «фермерскую эколавку» – дорогую лавку.

Возможно, Руби до сих пор была честна, а сейчас решила рискнуть, боясь, что ее уволят. По моим прикидкам, она завысила цены примерно на треть, и на излишек один человек мог бы прожить неделю, имея крышу над головой. На хлебе и воде – дольше. Возможно, обманывает не она, а экономка, а кухарка с ней не спорит, боясь увольнения.

– И все же вы выставили ее из кухни.

– Я выгнала ее из кухни, потому что Руби настаивала, что отчитываться будет только перед вами и слушать только ваши приказы.

Да, я обещала «не беспокоить» графа этим, но не обещала, что буду молчать в ответ на прямые вопросы или врать, покрывая ее.

– Логично, ведь именно я ее нанял.

Я в упор посмотрела на мужа.

– Это моя кухня. И хозяйство веду я.