После гибели Пальцуна обязанности снайперов прикрытия распределились между ними двоими. А Быкан был нужен как рабочая лошадь. Клещ так и сказал, взвалив на плечи самого здорового бойца зонд-команды упаковку тонких металлических стержней."

"Оказалось, командир «Метлы-117» собирался ставить маркеры. Это тоже было в новинку, такого не делали ни на Форосте, ни на Брике. Впрочем, там не произрастала столь буйная растительность, а здесь, на Илане, требовалось контролировать агрессивность джунглей.

Все это Клещ объяснил товарищам, втыкая стержни в землю.

Он ставил их по радиусу – от кромки леса к центру лагеря – через каждый метр. Проставил пятнадцать штук, пробормотал, что этого, наверное, достаточно, и повел группу к другому краю черной проплешины – размещать еще одну пачку маркеров, точно такую же, как первая.

Так он взял под контроль все четыре направления: север, запад, юг и восток, собираясь наблюдать, с какой скоростью флора и фауна планеты будут наступать на черную пустошь, созданную людьми.

Завершив «научную работу», сержант повернул разведгруппу обратно в лагерь, где жизнь била ключом.

Их товарищи заканчивали сборку мачт и солнечных батарей, а в тамбуре жилого дома – монтаж бактерицидных ламп.

Когда покончили со всей этой возней, вдруг заметили, что прошло уже три с половиной часа, в течение которых Ниндзя, Китаец и Пастух стоически несут вахту на периметре, облепленные облаками мошкары.

Клещ назначил им смену, в которую попал и Сергей. Впрочем, его это не очень расстроило, все равно после такого бурного старта на Илане он не смог бы растянуться и уснуть.

Организм, работавший в режиме форсажа, требовал движения, выплеска оставшейся энергии.

Всех прочих, кто не попал на дежурство, сержант направил на бактерицидную обработку в тамбур, предложив затем поужинать и пропустить по стаканчику горячего кофе за успех миссии на Илане.

Передав вахту Быкану, который приполз на пост, потягиваясь и позевывая, Сергей направился в тамбур, под бактерицидные лампы. По нормативам, на обработку поверхности бронекожи требовалось пятнадцать минут, и Воронин тяжело вздохнул.

Четверть часа в минус от его отдыха…

В «Метле-117» теперь было не пятнадцать человек, а двенадцать, и перерыв между вахтами составлял не восемь часов, а шесть. Но даже из этих шести часов часть необходимо потратить на санобработку, еду, личную гигиену. И ведь потом сразу не уснешь. Сколько же останется на отдых?

Покончив с обеззараживанием, Сергей пробрался внутрь, с наслаждением стащил тяжелый защитный костюм, который успел порядком надоесть.