При щедром вознаграждении любой лавочник беспрепятственно развяжет свой язык.

— Это все? — уточнил я.

— Ты меня плохо знаешь, — недовольно скривился Уэйд. — На этом я, естественно, не остановился. Мой человек хорошенько потряс их ректора, господина Фаррена, а тот стеснительно признался, что неким образом обидел девушку, и сам обиделся на нее.

— Что?

— Приставал он к ней, — фыркнул Майкл. — Не беспокойся, об этом я позаботился, на него завели дело по превышению должностных полномочий. Через неделю-другую его снимут с должности и отправят в темницу, свидетелей нашлась уйма, включая его секретаря.

— И это не главное, — прищурился Уэйд, пытливо воззрившись на брата. — Раз она попаданка, это влечет за собой новые последствия. Те самые, которые корона старательно укрывает. Я эти два факта не сводил, но теперь картина яснее. Лучше, если об этом скажешь ты. Про исчезновения, про переходы, про то, что портальщиков, получается больше, чем магов в списке Его Величества...

— Ты-то об этом как узнал? — поразился родственник.

— Давай я не буду раскрывать свои секреты и клятвенно заверяю тебя, что о твоих тоже никто не узнает.

— Уэйд, это преступление, шпионаж.

— А не преступление, что люди пропадают, а вы ничего с этим не делаете? Чего ты ждешь? Чтобы и Саммер растворилась в воздухе?

Я прервал эту загадочную беседу. Жутко раздражался, что не понимаю, о чем они говорят.

Пришлось брату постыдно признавать слабости в их дворцовой, отлаженной системе. Как многие портальщики, он чувствовал, ощущал, когда между гранями миров образовываются прорехи. В эти моменты и можно было кого-то забрать. Обычно, это все было заранее задумано, условленно и подписано, но иногда случались «разрывы». Никто не ведал, по какой причине, явление редкое. Но в последние пару лет случаи участились. Маги короля наконец догадались, что есть другой маг, владеющий подобным могущественным даром, неучтенный и возомнивший себя богом. Он лез в пространство, вытаскивал несчастных, одаренных попаданцев, использовал их, а потом выбрасывал, словно ненужный мусор, попутно лишая этих бедолаг всех сил и памяти.

Сложностей добавляло то, что все они были разными, с самыми противоположными умениями: стихийники, бытовики, артефакторы. Чаще находили артефакторов, но хватало и других.

В груди развернулась тревога и волнения за Саммер. Не припозднилась ли она? Но своим охранникам я доверял, а в госпитале за ней присмотрит Роберт. В первую очередь господин Уоррен был военным лекарем, потом уже семейным, городским целителем.

— Ты сюда не ради меня прибыл, — я все больше разочаровывался в брате, — а провести расследование. Если ты почувствовал попаданку, значит, и тот злоумышленник почувствовал...

— Нет, — яростно отозвался Майкл. — Я приехал ради тебя.