— Мне надо проверить, оставайтесь здесь и помогите Саммер.

— А на кого они были направлены? — Александр на меня и не взглянул. — На меня? На брата?

И хорошо, что не посмотрел. Выглядела я жалко. Судорожно дышала, обливалась слезами, все платье изорвано. Сижу на ступеньке и обнимаюсь с Граемом. Позор. Но позор, в котором виноват он.

— На леди Мэтисон, — вставил свои пять копеек Джайлс, привлекая к нам еще больше внимание. — Я случайно услышал женский визг и пришел. Не успел ничего наколдовать, боевая магия не мой профиль, — проговорил он, обращаясь ко мне и словно извиняясь.

— А что вы делали у черного входа? — Его Светлость буравил глазами артефактора. — Праздник совершенно в другой стороне.

— Я...

Я не всегда такая грубая, но у меня лопнуло терпение. Мало того что герцог меня преступно запер, что на его территории разгуливают какие-то монстры, о чьем существовании я понятия не имела, так он еще и смеет набрасываться на моего спасителя... Ну, почти спасителя.

— Что вы себе позволяете? — я едва сама на него не напала. — Это у вас по саду рыскают чудовища, а вы смеете в чем-то подозревать господина Граема? Не появись он и Уэйд, от меня бы ничего не осталось!

Он не лучше тех кровожадных монстров, но мотивы монстров мне хотя бы понятны, а чем руководствуется герцог, ему одному и ведомо.

Ему пришлось общаться со мной, но очевидно, что он этого не желал. Надеюсь, ему стыдно.

— Да, простите, леди Мэтисон, — кажется, мы снова вернулись к официальным статусам. — Раз уж вы пострадали, я приношу свои искренние, глубочайшие извинения, — но голос будто сочился сарказмом. — Вы лекарь, сможете позаботиться о себе? Позвать господина Уоррена? Майкл, не распорядишься кучеру, чтобы он подал карету и помог нашей целительнице добраться до ее домика?

Брат Его Светлости изумился.

— Я?

— Я никуда не поеду, — я фыркнула, принимая ладонь Джайлса и возвращаясь в вертикальное положение. — Если вам неугодно меня видеть на празднике, так и скажите, но не выдумывайте причин, чтобы отправить меня восвояси.

Другие благоразумно молчали, Уэйд делал попытки подать знак, чтобы я прервала свою гневную речь, но меня уже не остановить. Я превратилась в пыхтящий яростью паровоз.

— У меня нет подобных помыслов, — рявкнул Александр. — Ваш внешний вид... опасность, которую вы пережили... — называл глупые причины.

Ему-то об опасности распространяться и не стоило. Я винила его во всем, в том числе и в порванном платье. Да будь моя воля, я бы сбросила его в кипящую лаву, но где же такую отыскать в Лавенхейме.

— Алекс, право слово, зачем ты препятствуешь девушке? — спросил его брат. Он, в отличие от родственника, благоразумия и благородства не потерял.