На первом этаже велся прием. Люди сидели в холле на удобных диванах, а Эви, как секретарь, распределяла их по кабинетам, делала записи, вела карты. Один кабинет предназначался мне, второй, больший и светлее, чем мой, занял Роберт."

"На втором этаже была операционная, а на третьем сделали подобие стационара. По словам секретаря, им никто и никогда не пользовался. Все предпочитали лечиться на дому, а серьезных заболеваний ни у кого отродясь не было.

Общаясь с Эви, ловила себя на мысли, что она очень странно себя ведет. Бедная, была усыпана красными пятнами, чесала живот, горбилась. Я удивлялась, почему Роберт ничего не делает с ее аллергией. И почему Эви не обратиться к мужчине за лекарством.

Не успев предложить ей свою помощь, услышала колокольчик, висящий на двери. К нам кто-то пришел.

— Здравствуйте, — я вышла в общий зал.

— Да, добрый день, — уставилась на меня незнакомка. — А где мой папа?

То-то лицо кого-то напоминало.

Молоденькая, очень хорошенькая, с пухлыми розовыми губами и вздернутым носиком. Милые каштановые кудряшки обрамляли красивые черты. Белое платье в мелкую, голубую клетку, белый, кружевной передничек, соломенная шляпка с ленточкой в тон заставляли меня вспомнить про домохозяек из старых фильмов. У нее еще и корзинка на руке болталась. А из нее доносился чудесный аромат свежеиспеченных кексов.

Жаль, что во внимательных, голубых глазах этой незнакомки светилась все та же презрительность по отношению ко мне, ровно такая же, и у ее отца. Не дождаться мне кексов.

— Он уехал вместе с Его Светлостью, — пояснила ей. — Меня зовут Саммер Мэтисон, я...

— Знаю, знаю, новая лекарша, — девушка отвернулась, потеряв ко мне всяческий интерес. Постучала наманикюренными пальчиками по стойке. — Какая печаль, не успела поймать герцога. А я ему... — она помедлила, развернулась обратно и прищурилась. — Вы же потом поедете в усадьбу?

Она поставила свою корзинку со съестным, пододвинула ее вперед.

— Ммм... Возможно, — пожимала я плечами, понятия не имея о следующем пункте назначения.

Уэйд обещал меня разместить, но где именно, не обмолвился.

Корзинка «уехала» обратно. Видимо, дочка Уоррена не доверила мне свою ценную выпечку. И словно назло, у меня желудок заурчал. Про обед-то то я и забыла.

— Передам сама, — фыркнула она, так и не представившись. — Если вернется отец, сообщите ему, что я заходила. Эви, — позвала она секретаря, — отправишься со мной. Мне надо подшить платья к празднику, а я ничего не успеваю.

Пришла моя очередь щуриться. Я не до конца разобралась в делах, не изучила картотеку, пациентов и прочее, зато за прошедший час точно уяснила, что Эви работает на меня и Роберта одновременно.