И его кока, который готовил мидии просто божественно и всегда приговаривал, что если его блюдо хоть раз попробуют при королевском дворе, то он прожил жизнь не зря.

Ну вот, хоть какие-то знания о моей, якобы, родине у меня оказывается есть.

— Да, — шепнула соседка, отвлекая от копания в собственном багаже географических знаний. — Надеюсь, мы с вами продолжим знакомство. Я впервые при дворе и не скажу, что чувствую себя здесь комфортно.

— Я тоже впервые, но основное правило знаю, — я бросила короткий взгляд на распорядительницу отбора, делающую выговор уже другой белеющей от волнения девушке. — Нельзя показывать истинные чувства. Даже если боязно, делайте вид, что это они приехали к вам во дворец, а не вы к ним.

Я высокомерно усмехнулась. Гофмейстерина в этот момент обернулась на меня и нахмурилась. Затем прищурилась, злобно так и, приподняв подол, двинулась в нашу сторону.

Я задрала подбородок выше и одарила ее взглядом, с которым по обычаю кухарки на кухне тараканов полотенцами давят.

Графиня засопела, но снова смолчала. Кажется, у меня появился еще один личный недруг. Боги, не забыть бы их всех! А то неприлично как-то: человек тебя ненавидит всей душой, а ты о нем даже не помнишь.

— Итак, — не удостоив меня репликой, гофмейстерина в который раз обвела взглядом всю шеренгу. — Прежде всего я хочу познакомить вас с распорядком дня, которого придерживаются во дворце. Соблюдать его строго необходимо. Любая провинность может стоить вам расположения королевской четы и принца Дункана."

"Все разом испуганно запричитали, и только я приподняла бровь. Ну надо же, какая потеря. Можно подумать, ваше Величество или ваше Высочество не забудет об этом стаде невест через пять минут после окончания отбора. И шуту понятно, что сие мероприятие нужно лишь для демонстрации мнимого равноправия среди знати. Чтобы показать одинаковое расположение правящей семьи ко всем аристократическим родам нашего королевства.

— Тихо! — графиня Алье орала почище генерала на плацу. — Итак, расписание. Восемь утра — завтрак. Без опозданий! Пропускать запрещаю. Являться строго в подобающем виде, — последнее она произнесла, глядя прямо на меня. Поморщилась и продолжила: — В полдень — обед. О культуре поведения за столом, надеюсь, вам напоминать не стоит. Все знают про этикет, с какой стороны должны лежать салфетки.

Я закатила глаза. Нет, перед ней весь цвет аристократии, а она такую ересь несет. Это же просто унизительно! За кого она нас принимает? Соседка рядом тоже презрительно фыркнула в сторону распорядительницы отбора.

— И наконец...