– Я постараюсь, – серьезно посмотрела на него жена, и в ее больших голубых глазах он увидел искреннюю решимость.

– Шанти спит?

Он не стал больше давить на супругу. В конце концов, разве сам он не знает, как трудно признавать свои ошибки?

– Да, заснул, пока ел, – улыбнулась Ребекка. – Даже не слышал, как я его укладывала. Знаешь, он такой забавный. Мне кажется, я ощущаю все, что он чувствует!

Жена говорила, а он слушал ее и понимал, как она рада, что он не стал развивать тему ее вины. Ощущает она… Так и должно быть – арс выбрал ее своей шаэри, своей половиной, и с каждым днем их связь будет только крепнуть.

– Может, мы тоже еще поспим? Пока этот наглец не проснулся? – хмыкнул он.

На сердце, впервые за долгое время, стало спокойно и радостно. Странное состояние.

– Идем, – легко согласилась Ребекка и обняла его за талию.

Он почувствовал, как отозвалось на это прикосновение его тело. Унаши сатар! С тех пор как в их постели появился Шанти, они с женой ни разу не были близки. И он очень… очень соскучился.

Он смял мягкие, податливые губы и утонул в горячей волне, захлестывающей его с головой.

– Но из дома ты все равно не выйдешь, – все-таки успел сказать он, прежде чем окончательно погрузиться в горячее безумие.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, – раздался лукавый голосок Ребекки, и это были последние разумные слова, которые он услышал.

Ребекка Гринделл

– Шанти, нельзя!

Я строго посмотрела на щенка и забрала у него туфлю. Невозможное создание! Грызет все подряд. За несколько дней уже успел уничтожить три пары обуви, бахрому бархатных штор в гостиной, кожаный ремень Себастиана и останавливаться на достигнутом явно не собирается. Муж сказал, что если я не усмирю своего зверя, то он отправит нас жить в домик для гостей.

– Нельзя, Шанти, – повторила я, и щенок возмущенно тявкнул. – И не надо так смотреть.

Круглые синие глаза уставились на меня не мигая. Паршивец. Знает, что я не могу на него сердиться. С каждым днем мы все сильнее чувствуем друг друга. Кимли говорит, что я должна подчинить Шанти, заставить его слушаться и выполнять команды, но я не могу проявить твердость. Мне все кажется, что Шанти еще очень маленький, что ему нужна любовь и ласка, а не строгая дрессура. Или это потому, что до сих пор не могу забыть тот ужас, что малыш испытал в первые дни своей новой жизни?

Ох и времечко было… Шанти трое суток лежал плашмя и ничего не ел, а я не знала, как ему помочь.

– Что вы хотите, леди Кимли? Он слишком мал, чтобы выжить без матери.

Можно подумать, я этого не понимала! В дикой природе самка кормит детенышей до шести месяцев. Растут щенки очень медленно, и лишь в полгода, когда в них накапливается сила льда, становятся более-менее самостоятельными.