Потому что она сама прекрасно знает, чем могут закончиться хитрости с таким, как Эмир. У нее же тоже опасный мужчина.

— Вкусные, очень нравятся, — сестренка выдает довольно. Я же смеюсь и протягиваю руку, чтобы стереть шоколад с ее щеки. Катя немного запачкалась.

— Там в пакете еще много. И продукты. Я купила все, что ты любишь, — Катюша тут же начинает искать глазами пакет.

— Давай у меня в комнате пока все оставим? — Произносит, когда наконец находит огромный пакет взглядом.

— Почему в комнате? — Хмурюсь, — там для многих продуктов холодильник нужен.

Сестра грустно вздыхает. Я же тут же напрягаюсь.

— Кать, у вас все хорошо? — Первый звоночек был, когда она по телефону просила деньги отцу не отправлять. И вот сейчас с продуктами. Почему она их в комнате спрятать хочет?

Внутри появляется неприятное ощущение, мысли начинают накатывать одна за другой. Но я от них отмахиваюсь. Нет. Отец уже давно не пьет. У него даже медальки были из клуба анонимных алкоголиков. Он уже несколько лет к бутылке не прикасается. Я знаю. Это все ради Кати делалось. Он ее очень сильно любит.

Мне так не повезло. Где-то внутри больно колит от этой мысли. У нас с отцом отношения напряженные. Он все время говорил матери, что та меня нагуляла. А вот Катюша точно его. И меня ненавидел за то, что я как будто не от него. На мать руку поднимал. Та в свою очередь не выдержала, и они расстались. Вот так теперь и получается, что я с матерью, а Катюша с отцом. Больше всего в этой ситуации страдаем мы с сестрой. Потому что ужасно скучаем друг по дружке.

— Да, просто я иногда еду беру в комнату.

Сестра отводит взгляд. На меня не смотрит. Моя же тревога возрастает в несколько раз.

— Катюш, а почему еду в комнату берешь?

— У папы друзья часто приходят… Они там долго-долго сидят. Потом в холодильнике нет ничего. Папа может долго быть ан работе, а когда идет домой, то забывает что-то купить.

У меня внутри все сжимается. Нет. Только не это. Неужели развязался?

— А что папа с друзьями на кухне долго делает? — Сестра отправляет в рот еще одну конфету. Молчит. На меня не смотрит. На пальчики свои смотрит.

— Ты деньги ему не давай, Злат, — тихо произносит, — у него все заберут.

— Кто? — Произношу тихо. Голос охрип."

"— Дяди плохие. Они у него все забирают. Даже то, что он спрячет. Они и копилку мою забрали. Помнишь я на свинку копила? Они подумали, что это папина и забрали.

Катя поднимает на меня глаза и мое сердце сжимается больно-больно. У сестры в глазах грусть. Кажется, еще немного и она заплачет.

— Они тебя обижали? — Стараюсь, чтобы голос не дрожал, но не получается.

— Нет, они просто папе сказали, чтобы он был благодарен, что у него есть я. И все. И какую-то дали отсрочку. Я не поняла.