Танкисты свято поверили в народную мудрость о том что: «Всё что не делается, всё к лучшему!»"

"Вера старослужащих отделения лёгкой психиатрии развеялась с появлением новичка, гвардии рядового Патрикеева Кузьмы Фёдоровича. И если танкистов и остальных пациентов госпиталя доставляли в сопровождении медицинских работников своей части; то этот пехотинец прибыл в сопровождении двух особистов: особиста мотострелкового полка и особиста госпиталя. Личное дело пациента Патрикеева под грифом «секретно» хранилось у самого начальника госпиталя. Шлейф таинственности и секретности так и витал над головой странного мотострелка.

А после того, как фельдшер-земляк поделился с танкистами о случае с переодеванием в больничный халат этого новичка, старослужащие отделения посовещались и насторожились...

Да и между пациентами всего отделения зрело недовольство установленной диктатурой танкистов. Ладно бы ночные построения и вождения, молодые солдаты и не такое видели в своих частях. Старшина отделения Коля постоянно зажимал табачное довольствие раза в два. Пациентам доставались только «Гуцульские» (Смерть в горах) и «Донские» (Смерть в степи), да и то пачки были обычно сырыми.

Своим сослуживцам и фельдшеру старшина всегда оставлял «Охотничьи» или «Северные», вроде того же класса и той же фабрики, но всё же табак был намного качественней.

Сигареты были включены в довольствие каждого солдата ГСВГ. Некурящим было положено 750гр. сахара-рафинад в месяц. Некурящие в отделении своей доли положенного сахара не видели вообще. Многие ранее некурящие втягивались в это не совсем здоровое дело именно в армии, даже в медицинских частях. В магазинах и чайных, на территории частей и гарнизонов, и в госпитале тоже, можно было купить практически любые ходовые советские сигареты и папиросы, которые часто продавали поштучно.

Цена была в среднем от полутора марок за пачку. В общем и целом, в глубине лёгкого психиатрического отделения армейского госпиталя Тойпиц стихийно возник и потихоньку зрел табачно-сахарный бунт. Для активных действий не хватало только лидера. Как там, у Владимира Высоцкого: «Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков…»

Появление нового пациента не на шутку взволновало «молодых» и «духов» отделения лёгкой психиатрии армейского госпиталя Тойпиц.

Сопровождение двух особистов и конфликт с медбратьями подняли рейтинг новичка на высоту старослужащих, которые уже достали не только всё отделение, но и старшую медицинскую сестру по имени Оксана. Старшая медсестра отделения оказалась очень эффектной блондинкой, высокой со стройной фигурой, с красивыми утончёнными чертами лица и с огромными синими глазами, которые смотрели на всех, моргая длинными густыми ресницами. Как с обложки французского журнала.