Теперь вы обе напрягитесь и вспомните, вдруг кто-то из ваших родителей, бабушек и других родственников упоминал в своих рассказах эти две фамилии: Бубенцовы и Некипеловы. Что может связывать их с Макаровыми?

– А почему не с Елисеевыми? – живо спросила Татьяна Алексеевна.

– Сколок относится к тому времени, когда Тата еще подписывала свои работы. Тогда она была Макаровой, значит, если какая-то связь есть, то она тянется именно в то время. Кто-нибудь из вас знает, когда Тата вышла замуж?

– Я знаю, – тут же откликнулась вновь обретенная тетушка. – Тата вышла замуж в 1893 году, а уже год спустя родила свою старшую дочь Наталью.

– Ну вот, значит, события, о которых может идти речь в дневнике каторжника, произошли до этого. Кстати, Михаил Евгеньевич, дневник можно прочитать?

– Я даже не знаю, существует ли он на самом деле, – пробормотал Зимин. – Признаться, экскурс Некипелова в историю оставил меня совершенно равнодушным. Мне все же кажется, что причина убийства утилитарна и кроется в нашем времени, а не в седой старине."

"– Если бы не сколок, я бы с вами согласилась, – медленно сказала Снежана.

 – Но он все-таки есть и создан в середине девятнадцатого века, так что дневник, если он не плод фантазии подозреваемого, нужно отыскать и прочитать. Возможно, там обнаружится если не объяснение случившегося, то хотя бы ключ к нему.

Ей показалось, или во взгляде смотревшего на нее следователя промелькнуло восхищение? Он открыл было рот, но тут у Снежаны зазвонил телефон.

– Да, – сказала она, радуясь возможности сменить тему. Под взглядом медведя ей было жарко и неуютно, словно он видел ее обнаженной даже под одеждой.

 – Добрый день, Роман Юрьевич, рада вас услышать. Все ли в порядке? Вы здоровы? Вам ничего не нужно привезти?

– Это сосед по нашей даче, – пояснила мама то ли Зимину, то ли своей новой родственнице. – В отличие от нас, остается там зимовать, терпеть не может город: говорит, что не может здесь дышать. Он присматривает за нашим домом и участком, а мы ему раз в месяц продукты привозим. В смысле, что-нибудь вкусненькое. Так-то он не нищий, в помощи не нуждается – бывший военный, пенсия хорошая. Но бобылем остался, так что угощению рад.

Снежана уже закончила разговор и пережидала поток явно не нужной гостям информации.

– Мама, – наконец сказала она и порывисто вскочила, – нужно ехать на дачу! Роман Юрьевич сказал, что к нам влезли злоумышленники.

– Как? – спросила мама и молитвенно сложила руки на груди.

– Знамо, как: взломали замок да залезли внутрь. Роман Юрьевич сказал, что случайно заметил – дверь в дом нараспашку. Подошел проверить, а в доме все вверх дном перевернуто. Надо ехать.

– Да, конечно, – растерянно сказала мама.