Внутри стояла сложенная лучшим мастером в округе русская печь, разными боками выходящая в кухню, гостиную, спальню и еще одну комнату. В этой печи сосед пек пироги, очень вкусные, и угощал их с мамой. Задрав голову, Снежана с изумлением обнаружила, что из трубы не идет дым.

– Стойте! – закричала она, потому что Зимин и бережно поддерживаемая им под руку мама уже успели уйти по покрытой скользкими листьями дорожке вперед. – Смотрите, дыма нет!

– Ну и что? Ваш сосед разве не мог куда-нибудь уехать?

– В поселок за продуктами, в город за чем-нибудь более крупным, да куда угодно, – пожала плечами Снежана. – Но это все равно не объясняет, почему он не протопил дом.

– Он мог уехать вчера или еще раньше. На несколько дней, например, в свою городскую квартиру, – не понимал ее волнения Зимин.

– Нет, городскую квартиру он не любит и никогда там не ночует, – нетерпеливо притопнула ногой Снежана. – Он ее вообще своему племяннику отдал, точнее, пустил того пожить. И никогда-никогда туда не ездит. Как же ты не понимаешь? Ночевать он должен был здесь, а значит, и дом протопить с утра. Это большой дом, и в нем очень большая печь. Просто царь-печь, если можно так выразиться. Она жрет очень много дров, и Роман Юрьевич всегда топит ее по утрам в одно и то же время – в восемь. Сейчас половина одиннадцатого, и даже если бы он уехал в город, то еще не закрыл бы вьюшку, чтобы не напустить в комнаты угарный газ. Дым еще должен идти, хотя бы маленький. А его нет, значит, с утра Роман Юрьевич печь не топил. Пошли, Миша, тут точно что-то не так.

Перед домом соседа стояла его старая «Шевроле Нива».

– Машина, – чуть задыхаясь от волнения, сказала Снежана, – машина здесь, а значит, он не мог никуда уехать."

"Зимин подошел, внимательно осмотрел автомобиль и потрогал капот, не теплый ли.

– Ну что? – нетерпеливо спросила она.

– Машину сегодня никто не заводил, – ответил он. – Девушки, вы бы постояли здесь, у автотранспортного средства, а в дом я попробую проникнуть сам.

– Что значит сам? – возмутилась Снежана. – Это была моя идея, ты вообще не увидел ничего подозрительного. Так что я пойду с тобой, а мама останется тут.

– Щас, – язвительно сказала мама. – Может быть, с твоей точки зрения, я и представляю собой старую развалину, но одних я вас не пущу, даже не надейтесь.

– А ну тихо! – негромко, но все-таки прикрикнул Зимин. – Старший по званию тут я, так что вы будете делать то, что я сказал. Обе зайдите за машину и стойте там. Когда будет надо, я вас позову. Если, пока я буду в доме, что-нибудь случится, громко кричите. Это ясно?

Он говорил таким тоном, что как-то сразу становилось ясно: перечить не следует. Снежана и мама, не сговариваясь, кивнули.