В любой момент может повториться нечто подобное и в куда больших масштабах.

Вот расслабились камрады на Керченском полуострове, и пожалуйте – десять дней назад большевики высадили свои дикие славяно-монгольские орды и теперь продвигаются вперед, грозя уничтожить на своем пути все живое. Внезапно самолет ощутимо тряхнуло, будто под ним разорвался зенитный снаряд. Но не было слышно грохота взрыва, не пробарабанили по обшивке осколки. Наблюдатель машинально бросил взгляд вниз и от удивления обалдел. Прямо под ними на поверхности моря быстро расползалось облако грязно-желтого тумана. Наблюдатель по внутренней связи вызвал пилота:

– Курт, глянь вниз, видел когда-нибудь такую штуку?

Несколько минут пилот вглядывался в расползающийся туман.

– В первый раз вижу, Отто. Но сдается мне, это похоже на дымовую завесу. Да и цвет какой-то… Специфический… Обычный туман таким не бывает.

– Тогда давай посмотрим на это чудо поближе, – ответил Отто, – если это дымовая завеса, то она должна прятать что-то чертовски большое…

– Яволь, камрад! – Курт сострил. – Конечно же Сталин прячет там подводную лодку в три километра длиной. – Герои люфтваффе отсмеялись, и маленький самолетик, заложив вираж, начал снижение."

"А туманный блин, достигнув примерно пятикилометрового диаметра, прекратил расти, вздрогнул и, истончаясь, начал распадаться на клочья. Вот в прорехах между грязно-желтыми клочьями показалась палуба громадного корабля.

– Майн гот, – пробормотал ошеломленный Отто, – что это, Курт, неужели авианосец?!

– Конечно, Отто, это авианосец, – огрызнулся Курт, – немедленно докладывай! – Оберлейтенант люфтваффе Курт Зоммер уже прикидывал, как красиво будет смотреться на его парадном кителе Железный крест за обнаружение русского авианосца, который парни из 77-й штурмовой эскадры конечно же потопят.

В этот момент там, внизу, лейтенант Сергеев опустил бинокль и коротко бросил в переговорное устройство:

– Немец, разведчик, – он достаточно хорошо разглядел на крыльях белые кресты и не испытывал никаких иллюзий. Поскольку, если Голос не лгал и тут действительно 1942 год, ни советские, ни немецкие самолеты не оборудованы ответчиками системы «свой – чужой», и перед открытием огня требовалось визуально удостовериться, что перед ними враг.

Что же, как говорится, бойтесь своих желаний. В детстве Леха Сергеев хотел попасть на эту войну, чтобы… Чтобы… он и сам не знал, для чего точно. Но знал, что так было бы правильно. И вот он здесь, не на игрушечной войне своей детской мечты, а на самой настоящей, где каждую секунду гибнут люди, которые этой войны не хотели, но теперь вынуждены ценой своей жизни останавливать взбесившегося германского зверя.

Но кажется, он уже убил своего первого немца.