А пока нам нужна прямая связь с командующим вашего отряда капитаном 2-го ранга Буслаевым Николаем Васильевичем. Нам необходимо согласовать дальнейшие действия, во избежание потерь от огня своих же.

– Товарищ капитан, – сказал наш командир, – капитан 2-го ранга Буслаев находится на тральщике «Взрыватель», и прямой связи с ним у нас нет.

– Вот черт! – выругался командир осназовцев. – Я так и знал, что где-то здесь зарыт каменный топор! Товарищ Топчиев, прошу вас, – командиры осназа расступились, давая нам место возле карты города. – Вот, смотрите. Тут, в центре, высадился батальон капитан-лейтенанта Бузинова. Фронт высадки первого эшелона вашего десанта фактически совпадает с набережной и улицей Революции. Ваша группа находится на крайнем левом фланге высадки… – Капитан Топчиев кивнул, и Рагуленко продолжил: – Наш батальон в составе двух рот морской пехоты с техникой и батареи плавающих самоходных гаубиц высадился на пляжах курортной зоны. В центре, на набережных, наши машины просто не смогли бы выйти на берег.

Сейчас мы с вами на самом правом фланге нашего батальона. Наша задача: взаимодействуя с вашим левым флангом, то есть с вами, капитан, занять курортную зону, освободить лагерь военнопленных и в районе Нового города соединиться с третьей ротой, которая будет высаживаться в районе Пересыпи.

Общая задача – захват и удержание Евпатории. И ни один немец, румын или пособник фашистов не должен уйти из города. Ну, если только под конвоем."

"Как мне показалось, капитан Рагуленко явно что-то недоговаривал. Но услышав слова «отдельная бригада особого назначения», я решил не задавать лишних вопросов. У них служба такая. Сказано взаимодействовать – будем взаимодействовать, а об остальном пусть у начальства голова болит.

В этот момент наш командир кивнул. Он явно пришел к такому же выводу. Товарищ Рагуленко махнул кому-то рукой, и моторы танков завелись, стрельнув в нашу сторону горячим солярным выхлопом.

– Ну что же, товарищи, добро пожаловать на броню. И вперед, на врага.

5 января 1942 года, 01:35

Корреспондент ИТАР-ТАСС

Тамбовцев Александр Васильевич

Я таки сбежал на войну. Как мальчишка, которому не сидится дома. Произошло это следующим образом. Прикинувшись ветошью, я стал помогать своим коллегам из съемочной группы канала «Звезда» подтаскивать кофры и баулы к вертолету Ка-27ПС, который должен был доставить тележурналистов на БДК «Калининград». А потом, когда вертолет уже был готов оторваться от палубы «Адмирала Кузнецова», внаглую забрался на борт «вертушки». Андрюха Романов, увидев мой рывок, жизнерадостно заржал и похлопал меня по плечу.