Мне абсолютно по барабану, увидит кто-либо дым моего костра или нет. Я безотрывно смотрю сквозь языки пламени на свою жену и в последний раз разговариваю с ней…

Солнышко мое! Я не сошел с ума! Совсем нет… Хотя есть все предпосылки для этого. Ведь я проделал такой трудный путь, чтобы найти тебя, столько раз был на грани отчаяния! Кровинушка моя, ты прости меня, дурака, но я не смогу вынести тебя отсюда. Согласно формуляру, в этом гребаном лесу есть такие участки, через которые придется пробираться по натянутым между деревьями тросам, цепляясь за них руками наподобие макаки. Когда «духи» ходят здесь и чего-то тащат, они берут вспомогательное оборудование – блоки, фиксаторы, веревки и так далее…

У спецназа есть закон: с операции приходят все или никто. Ты жена офицера спецназа, Светлана, а значит, ты в какой-то степени тоже наш боец. Я не могу бросить своего бойца на вражьей территории, не имею права. Поэтому я и сложил для тебя погребальный костер. Так делали мои древние предки, воздавая последние почести своим близким. Прости…

Спустя два часа от костра остаются тлеющие головешки. Я смотрю на часы – до взрыва осталось четыре минуты.

Сняв с себя футболку, я завязываю ее узелком и набиваю в него пепел, успевший остыть по краям кострища. Прах моей жены будет постоянно со мной, я похороню его дома со всеми почестями. Если останусь в живых.

До взрыва осталось тридцать секунд. Я впиваюсь взглядом в циферблат своих часов и пытаюсь представить себе, что может остаться от полутора сотен «духов» после того, как база встанет на дыбы и обрушит на их головы сотни тонн скальной породы.

Двадцать секунд до взрыва… Перед моим мысленным взором внезапно встают лица тех, кого я убил в поисках своей жены. Ахмед, Беслан, Али, Вахид, Абдулла и еще куча каких-то безымянных… Они укоризненно смотрят на меня и говорят:

«Ты убийца, парень! Ради одной женщины ты укокошил целую кучу народа!»

Я им отвечаю – вы сами виноваты, ребята! Вы взяли мою жену, я взял ваши жизни. Мы с вами в расчете. Но только с вами… Таких, как вы, осталось очень много. Как здесь, в Чечне, так и в России. Пока они существуют, я буду с ними воевать – теперь эта война стала моим личным делом. Даже если отсюда выведут войска, для меня и мне подобных эта война не закончится. Отпуск мой скоро завершится. Вот тогда держись, ребята! Тогда я снова приду к вам и скажу: «Здравствуйте, хлопцы! Я ваша мама! Но вот беда – сися у меня всего одна, так что… Сами знаете…»

Но это будет несколько позже. А пока – до взрыва шесть секунд.